Глава 23
— Я внимаю твоим словам, Оракул, — выныривая в реальность и открывая глаза, произнёс я. Вся кожа горела огнём. Ожоги от сработавших рун сойдут ещё не скоро, если вообще когда-то сойдут. Мелисса неподвижно смотрела на меня и всё ещё держала мою руку. Пульсация ядра бывшей хранительницы камня Риналы почти успокоилась, а сама женщина выглядела уставшей и сильно изможденной, словно преодолела пешком огромное расстояние, — И готов узнать о своём пути.
— Ты уже знаешь куда он ведёт, Халрат, — устало улыбнулась Мелисса, — Я не вижу его конца. Там всё скрыто буйством стихий. Одно могу сказать наверняка — ты встретишься со своим врагом. И ты будешь один. Как и в тот день, когда впервые пришёл в этот мир.
— До этого момента ещё очень далеко, госпожа Мелисса, — ответил я.
— Но ты на верном пути, хоть и стремишься объять слишком многое, — отозвалась моя собеседница, — Не все цели можно достичь. Не все цели нужно достигать.
— Слишком размыто, — слегка поморщился я. За всю свою жизнь в обоих мирах я общался с оракулами всего трижды. Каждый раз это были судьбоносные моменты. И каждый раз я понимал сказанное этими странными существами только спустя много лет.
Носители нейтральной силы рождались настолько редко, что их можно было считать статистической погрешностью даже в моём, богатом магией, прошлом мире. Видящих будущее берегли. Каждое их слово скурпулезно записывали, а потом, даже спустя сотни лет, мудрецы спорили об их смысле. Каждый видел что-то свое. Одно из таких пророчеств говорило о конце мира. Но даже на пороге тех событий и будучи их непосредственным участником, я до самого конца не мог понять чем всё закончится.
— Таковы особенности моей силы, — словно прочитав мои мысли, ответила Мелисса, — Ты должен это понимать, как никто другой, Халрат.
— Как давно вы узнали о своих способностях, госпожа? — убирая руку и разрывая физический контакт, спросил я.
— Вчера ночью, — невозмутимо ответила женщина, — Сила Мира нашла пустой сосуд и поселилась внутри меня. Это было предопределено задолго до моего рождения. Твои действия и действия камня Риналы стали звеньями одной цепи, которые привели нас всех в сегодняшний день. У этой цепи нет ответвлений. Она едина и неразрывна. Каждый разум участвует в её создании и не может изменить сделанный им вклад.
— А ваши слова насчёт богатой фантазии? — уточнил я. Тот факт, что сидящая рядом женщина спокойно рассуждала о недавних событиях, которые просто не могла помнить, меня нисколько не удивил. Оракулы могли видеть собственную жизнь задолго до рождения. Рамки привычного мира для них были всего лишь условностью, — Вам никогда раньше не приходило в голову, что вы имеете склонность к этому уникальному дару?