— Учащийся! — обратилась ко мне средняя девушка из троицы комитета: — у вас рубашка не застегнута! — рубашка на мне и вправду была не застегнута на две верхние пуговицы, а еще она благоухала запахом Майко, от чего у меня весь день на лице блуждает глупая улыбка. Точно-точно, я на себя в зеркало смотрел. Улыбка эта имеет свойство раздражать буквально всех представительниц противоположного пола. Я не могу описать, как именно пахнет Майко, у меня нет слов, я ж не Сапковский с его «крыжовником и сиренью». Но очень приятно. Какой-то такой сладкой, цветочной свежестью молодой девушки. А еще две пуговицы она мне оторвала, да. Или это Акира «слишком многовато Акиры сегодня» — сделала. С утра пуговиц уже не было. Так и хожу.

— Извините, пуговицы оторвались… — я смущенно почесал затылок.

— Мики! — скомандовала девушка и вперед выдвинулась ее коллега справа. Раз! — и в ее руках оказывается нитка с иголкой, а между тем другая девушка, присев на корточки протягивает ей коробочку, в которой лежат пуговицы. Да не просто так — пуговицы лежат группами, коробочка разделена на ячейки и в каждой ячейке лежат пуговицы, отсортированные по цвету, размеру и форме. На предплечье у девушки я замечаю светло-желтую губку, в которую воткнуты иглы — она носит ее, словно повязку. Удобно.

— Наклонись. — говорит она мне и я замечаю, что Мики-тян намного ниже меня. Я склоняюсь, словно делаю поклон высокому нравственному облику комитета и его членов и мне — тут же, молниеносно пришивают две пуговицы. Потрясающая скорость.

— Учащийся! — повторяет девушка посередине: — у тебя расстегнута рубашка.

— А, да. — я спешно застегиваю рубашку на новые пуговицы. Пуговицы держат.

— И впредь, не допускайте подобного! Наша школа… так, а это что? Учащаяся! — из-за моей спины была извлечена Ая-чан. Был предьявлен метр. Было произведено измерение юбки. Высокая комиссия качала головами и щурилась на показания. К моему удивлению, Ая-чан была взвешена, измерена и признана соответствующей высокому моральному облику нашей школы. Я глазам не поверил — ее юбка была значительно ниже колена. Но как? В голове промелькнуло непонятное пыхтение за моей спиной и я улыбнулся. Ну конечно же. Юбки никто не подрезал, их просто подгибали, закатывали как рукава на рубашке. Маскировали это поясом. А как только возникала опасность — их спешно выправляли на всю длину. Вот и еще одна загадка решена, а то я тут никак понять не мог, почему в один день у Иошико-тян практически попа была видна сзади из-под края ее юбки, а в другой день — едва коленки. Думал, может у нее юбки разные. Да, уж век живи — век учись. Непонятно только зачем мне такие знания. Я тут как тот разбойник Мордон, который информации алкал, алкал и доалкался — потоп бедняга в потоке информации, генерируемой Демоном Второго Рода. Мне надо быть как Шерлок Холмс — все, что не является прикладным знанием — не нужное знание. Вот.