— Тогда договорились. — я поднял свою кружку. — Я остаюсь бароном. Вы остаётесь графом и управляющим. Мы делаем вид, что я просто пограничный мэр. И потихоньку ищем способ отсюда выбраться. Идёт?
— Идёт. — Эндивир улыбнулся и тоже поднял кружку и мы выпили.
— Слушай. — сказал я, отставляя кружку. — А ты не думал о том, чтобы не уходить из этого мира, а просто снять с него проклятье? Чтобы он перестал умирать?
Граф замер. Потом медленно поставил свою кружку на стол и посмотрел на меня так, будто я только что предложил переписать законы физики.
— Снять проклятье? — переспросил он. — Это не игрушка, которую можно просто взять и отменить. Оно сидит в крови, в земле, в воздухе. Оно здесь уже тысячи лет. Мы пытались. Жрецы пытались. Боги пытались. Даже эльфы, которые полумёртвые, не могут от него избавиться — они просто научились с ним жить.
— Значит, никто не пробовал правильно. — сказал я. — А я попробую.
— Ты? — граф усмехнулся, но без злобы. — Ты даже не знаешь, как работает магия Древних.
— Зато Авва знает. — я кивнул на медальон, который всё ещё лежал на столе. — Та самая, что сделала лечилку. А она — та самая хранительница, к которой вы, Верные, ходили молиться. К той самой пирамиде, где вы пытались найти убежище. Пока эльфы вас оттуда не выгнали.
Эндивир замер. Тардык тоже замер. В комнате повисла тишина, которую нарушал лишь треск масляной лампы на столе.
— Ты хочешь сказать… — медленно произнёс граф. — что она — та самая? Та, кого мы почитали как полубогиню? Та, чей голос, как говорили старики, слышали во сне? Которая охраняла врата между мирами?
— Она самая. — подтвердил я. — Только она не полубогиня. Она — хранительница комплекса. Дух пирамиды, который сидел там тысячи лет. Она почти сдохла от одиночества, когда я её нашёл. Но я вытащил её оттуда. Дал ей новое тело. Теперь она живёт у меня, в Хатаре. И она сделала тот медальон, который я тебе подарил. По моей просьбе.
Граф медленно достал из кармана медальон и положил перед собой. После чего долго и задумчиво на него залип. Потом он посмотрел на меня. В его глазах было что-то новое — уважение, смешанное с благоговением.
— Значит, это она… — сказал он тихо. — Она передала мне исцеление.
— Ну, технически я передал. — поправил я. — Но да. Идея была её. И она знает, как работают системы Древних. Значит, знает, как снять проклятие, если мы найдём способ. А если мы не найдём — мы найдём способ уйти.
Граф молчал. Потом на его лице появилась улыбка — странная, почти благоговейная, которую я раньше не видел.
— Ты даже не понимаешь, что ты сделал. — сказал он. — Ты привёз нам не просто лекарство. Ты привёз нам её. Это меняет всё.