Выходит, как не «вытачивай резьбу» на своём инструменте, всегда может найтись хитрый гад с перком «не хочу умирать и точка». И эта способность будет помогать выживать, даже если тому запихнуть гранату в глотку.

— Может быть и такое, — согласилась со мной брюнетка.

В дополнение к моим собственным способностям невозможно переоценить и помощь не по-человечески умной Айви. Следуя её визуальным и голосовым подсказкам, я всегда знал, где лучше находиться, в кого стрелять раньше, а кого оставить на потом.

Причём моя прекрасная напарница заметно поднаторела в этом мастерстве. Если раньше она пугалась каждого шороха, то теперь оставалась собранной даже в те моменты, когда «пассажиры» оказывались слишком близко ко мне.

— Я расту вместе с тобой, — засмущалась Айви. — Зачистим эту локацию, и я стану ещё полезнее. И Железяка тоже.

Действуя сообща, какое-то время нам удавалось уничтожать бо́льшую часть врагов ещё до того, как они успевали высвободиться из-под металлических завалов. Можно было смело сказать, что я не особо-то и потел.

Но врагов становилось больше. И со временем самые проворные из них всё чаще начали успевать вылезти и броситься в атаку. Некоторых даже приходилось встречать ударами мачете.

— Я лезвие не затуплю об этих жестянок? — задумался я после того, как срубил голову врагу, который разогнался так, что чуть не воткнул в меня руку-копьё.

— Системное оружие портится иначе, — отвечала мне напарница, наблюдая, как я добиваю «Кусторезом» противника. — У каждого изделия есть свой запас прочности. Пока ресурс не опустится до двадцати процентов, поломки не случится. Стрелковое оружие не заклинит и не перегреется. На холодном оружие лезвие не затупиться и не погнётся.

— Ясно, — отстрелив голову выползшему из-под вагона стрелку, произнёс я. — А починить изделие можно как-то? Или придётся менять?

— Разумеется, можно, — кивнула Айви. — Любой ремесленник в лагере на это способен.

Тем временем до станции добрались враги, которых до этого момента скрывала непроглядная темень в тоннелях.

Это были всё те же «пассажиры», изуродованные множеством аугментаций. С тем исключением, что пришедшие из тоннелей отличались апгрейдами, которые, казалось, совсем не подходили для человеческого организма.

У кого-то из них вместо головы могла торчать рельса. У другого были ножницы, вместо рук. Были и такие, которым нижние конечности заменили на ходули.

С появлением новых врагов мне стало заметно сложнее. Я больше не мог последовательно устранять «пассажиров» ещё до начала их атаки. Главная причина — резко возросшее количество быстрых гадов. Последние всё чаще начали связывать меня ближним боем, а стрелки, пользуясь этим, стали гораздо больше стрелять по мне.