Приземление вышло не самым изящным, но я устоял на ногах. Сыры в карманах совершенно не ощущались, так как провалились в бездонное пространство, бутылка больно ткнула в живот, потому ее тоже сунул в один из карманов.

Почти сразу завыли сирены. Громкие, противные, разрывающие тишину вечера. По территории поместья забегали бойцы, высыпая из разных зданий и направляясь кто куда. Кто-то кричал команды, кто-то просто бежал, пытаясь понять, что происходит и по возможности занять наиболее выгодную позицию для обороны.

Но мне было не до них. Я рванул в сторону парковки, где оставил микроавтобус Паши. Ноги сами несли меня вперед, адреналин придавал сил, а в голове крутилась только одна мысль — успеть, успеть добраться до машины и убраться отсюда, пока Аксаков не закончил читать своё задание и не пришел меня «устранять».

Добежал до машины, рванул дверь, и запрыгнул внутрь. Завел двигатель, и тот, к моему огромному облегчению, завелся с первого раза, следом воткнул передачу и рванул с места, отчего покрышки взвизгнули на асфальте.

В зеркале заднего вида я увидел, как несколько бойцов пытались добежать до своих машин, явно собираясь преследовать меня. Но что-то пошло не так. Один дернул дверь своего внедорожника — та не открылась. Второй запрыгнул в свой броневик и попытался завести, но двигатель никак на это не ответил. Третий вообще выскочил из машины и начал что-то яростно проверять под капотом.

А в салоне микроавтобуса, на пассажирском сиденье, сидел довольный енот и ковырялся в зубах перегрызенным проводком. Перед ним на сиденье лежала целая вязанка таких же проводков, про запас, видимо.

— Кекек, — гордо заявил енот, показывая мне свою добычу.

— Ты… — выдохнул я, выруливая за ворота поместья. Даже не знаю, стоит ли хвалить его за это. Вроде как я запрещал отгрызать проводки и он ослушался, но в этот раз его вредная привычка нас спасла.

Охранники у ворот растерянно переглядывались, явно не зная, что делать — пропускать меня или останавливать. Но я не стал ждать, пока они определятся, и просто проехал мимо, резко ускоряясь на выезде.

Красные огни стоп-сигналов моего микроавтобуса быстро удалялись от поместья Аксакова, растворяясь в вечерних сумерках.

* * *

Удар по затылку был довольно сильным, Аксаков это признавал. Не то чтобы болезненным, всё-таки его защитные артефакты и высокие показатели Стойкости делали своё дело. Но определенно было неприятно.

Заклинание оглушения, встроенное в молот, попыталось пробиться через его барьеры, но защитный артефакт, висевший на шее под одеждой, мгновенно поглотил всю враждебную магию, даже не дав ей шанса подействовать.