Поднялся со скамейки, расправил плечи, постарался придать лицу максимально невозмутимое и даже скучающее выражение, словно он просто прогуливается по вокзалу от нечего делать, и направился к ящику. Подошёл, наклонился, обхватил его руками и попытался поднять.

Ящик оказался неожиданно тяжёлым, гораздо тяжелее, чем выглядел, и спина Виталия хрустнула сразу в трёх местах, посылая в мозг отчаянные сигналы о том, что пора прекращать эту авантюру и положить ящик обратно, пока не поздно. Но отступать было уже поздно, слишком много народу видело, как он поднимает чужой груз, и если сейчас передумать, то все сразу поймут, что он пытался что-то украсть.

Так что новоиспеченный гений воровства стиснул зубы, напряг все мышцы, которые ещё остались в его немолодом теле после трёх десятилетий сидячей работы, и поднял ящик. Тяжесть давила на руки, плечи, позвоночник, но он старался не подавать вида, шёл медленно и размеренно, словно нёс не украденный антиквариат неизвестного содержания, а свой собственный законный багаж.

Прошёл метров десять, и тут краем глаза заметил, что у ящика есть колёсики. Самые обычные маленькие пластиковые колёсики, вмонтированные в нижнюю часть, которые он просто не разглядел с первого раза. Ладно, всё приходит с опытом. В следующий раз надо будет высматривать колесики в первую очередь, и уж потом пытаться поднять что-то.

Виталий опустил ящик на пол, и тот послушно покатился, лёгкий и удобный, словно издеваясь над его натруженной спиной и хрустнувшими позвонками.

Ну что ж, бывает, не всегда всё идёт по плану, зато теперь можно катить этот ящик, а не тащить на себе. Он покатил свою добычу к выходу, стараясь двигаться неторопливо и естественно, и в голове уже начали складываться радужные картины будущего.

Сейчас он откроет этот ящик, обнаружит внутри какую-нибудь бесценную реликвию… может быть, старинную картину или антикварную вазу. Затем он продаст её на чёрном рынке за огромные деньги и заживёт наконец той жизнью, о которой мечтал с юности! Никаких больше нищенских зарплат, никаких разговоров о чести и совести, только деньги, комфорт и, может быть, даже слава.

Виталий Романович выкатил ящик на площадь перед вокзалом, поймал такси и велел отправляться в гостиницу, где уже снял номер на ночь. Таксист с любопытством покосился на массивный ящик, но ничего не спросил, только помог затащить его в багажник. Всю дорогу Виталий Романович сидел в напряжённом ожидании, представляя, как откроет ящик и увидит своё богатство, и сердце колотилось где-то в районе горла от предвкушения новой жизни, которая начнётся буквально через час.