- Ты, надеюсь, Парамона этой дрянью не кормила?! Или еще каким-то снадобьем?!
- Мамуль, Парамон – очень умный и разборчивый. Он не хочет есть мои снадобья из золы и травы. Только твою кашу лопает, и все!
Очень было приятно лежать на диване и охать, наслаждаясь вниманием и заботой Екатерины средней. Я себя ощущал центром их маленького, уютного мира. Но пришлось подниматься и кряхтеть опять. Валяться в куче золы – та еще гадость!
- Сергей Николаевич! Прекращайте мучиться уже! Я Петровичу позвонила, попросила его затопить баню! Собирайте вещи и идите, грейтесь! Петрович позже придет, веничком по вам пройдется.
Пожилая женщина, наконец, повернулась, чтобы глянуть на меня Охнула, всплеснув руками
- Заодно и золу с себя смоете! Чует мое сердце, вы нас проклянете за такие каникулы, и больше никогда даже в гости не придете! Вы уж, ради Бога, простите нас!
- Да, Сереженька, иди в баню - На мое плечо опустилась мягкая женская рука, с явным желанием обнять и погладить.
От такой неожиданности я осекся. И дар речи потерял.
- А?
- Не нужно звать Петровича. Я сама умею с веником справляться. Вот сейчас тоже вещи соберу и приду лечить тебя в баньке!
Екатерина Степановна ахнула и выронила что-то тяжелое.
По полу тут же разбежалась белая лужица
- Парамоша! Нельзя! Собакам нельзя чистое молочко! Может заболеть животик! Уходи, уходи! – Катюшка, создавая еще больший беспорядок, принялась оттаскивать пса за уши.
- Кать! Погоди, ты его, главное, за хвост не дергай! А то он может нечаянно обгадиться! – Рванул к ней, жалея и собаку, и ребенка, и совсем забыв о своих несчастных, убитых мышцах!
И едва не упал на колени от пронзительной боли в пояснице.
- Так. Все, девочки, мы потом уже с вами разберемся, что тут приключилось в вашей компании. А пока мы должны отогреть и промять Сергея Николаевича.
Екатерина Степановна даже не глянула в сторону лужи, зато потащила меня к выходу.
- О! Степановна! Узнаю твою стать! Что мужа на себе таскала, что нового парня! Зачем тебе мужчины в доме, когда ты и сама справляешься? Вон, силища какая! – У бани нас встретил Петрович. Свежий, бодрый, немного испачканный в саже - Ты иди, Николаич, я скоро приду. Веники уже замочил в кипяточке, паром плеснул, ложись иди в парилку, дыши, грейся. Мы тебя так отогреем, будешь как новенький!
Мужичок перехватил меня от «Степановны», как переходящее знамя почета, и поволок в предбанник.
- Нет, Петрович. Ты его там оставь. А дальше мы – сами.
- Сами? Это как?
- Так. Катюша говорит, что отпарит нашего гостя по лучшей программе. У нее ж, ты в курсе, тоже какая силища? Не хуже меня! Пускай молодые там сами справляются, а ты лучше заходи к нам в гости. Я уже тесто на пирожки развела. Мы тебя с Катенькой маленькой как раз покормим. Чтобы не скучал!