Периклыч, у которого ловчие уже успели отобрать оружие, всё так же стоял, прижавшись спиной к берёзе, весь белый и с трясущимися губами. На автомате он взял из рук Кощея фляжку и глотнул. После этого глотка икнул, глаза на секунду вылезли из орбит, потом закрылись и он тихо сполз вдоль ствола.

— Ну что ты за чудовище! — возмущённо воскликнула Славяна.

— Упс… забылся слегка, — ответил Кощей в явном смущении, забирая из обмякшей фединой руки флягу. — Да ладно, до завтра проспится, будет как новенький.

— А что такого? — искренне удивился Семён.

— Да он у себя в Тридесятом царстве такую сивуху гонит, от неё даже зомби падают, сама видела! — с искренним возмущением ответила Славя.

— Ну, зомби, может и падают, а Кондрат Вениаминыч забегает иногда, чарочку пропустить да потрепаться за жизнь! — обиженно возразил Кощей. — А тебя послушать, так я вообще, какую-то отраву гоню!

На это Семён подумал, что не зря, ой не зря, Яга Басова бесом величает.

Дальше завертелось: Кощей с Басовым и Юсуфовым пошли рубить молодые ёлочки, чтобы сделать для Семёна волокуши, ловчие погрузили окосевшего Федю на его же лошадку, повезли в сторону Яги. А Семён нежно погладил Славю по щеке и тихо сказал:

— Прости, что заставил тебя нервничать…

— Ну что с тобой делать… — Славяна тоже погладила его по щеке. — Ты же и дальше будешь во всякие передряги влезать…

— Буду, — признался царевич, — работа такая. Буду стараться потом до тебя доползти, а ты уж заштопаешь…

На это Славяна то-ли выдохнула, то-ли всхлипнула, опустила голову совсем близко к лицу своего суженого. Так они и оставались какое-то время. А там Семён заметил Волка, который стоял в сторонке и виновато шевелил хвостом.

— Ой! — встрепенулась Славяна. — А ну-ка, иди сюда! Что у тебя с мордой?

Морда была перекошена, по причине выбитой челюсти. Видать не прошло для Серого даром покусанное свиное копытце. Славя провела рукой вдоль челюсти, словно ощупывая, одним ловким движением поставила выбитую кость на место, подлечила немного руками. Волк, словно пробуя результат, открыл пасть, закрыл, лёг рядом и говорит:

"Прости, царевич, мало чем я смог тебе помочь. "

— Но уж! Сколько-то его отвлёк, всё хорошо. Но зверюга и правда страшный.

"Да! Страшного зверя ты завалил! Ещё бы немного и он бы отсюда к людям вырвался. А там бы он бед натворил. Такого ни пушкой не остановишь, ни танком. "

— А как же я его порезал? Только ножом и рогатиной. Да и убил его не я…

"Важно не чем его бить, а чья рука. Ты его изранил, почти добил, Если б не это, Кощей ему ничего бы сделать не смог. "