— В последнее время некоторые артефакты стали проявлять активность.

— Как давно? — оживился кардинал.

— Точно сказать нельзя, — развёл руками Хранитель, — внешне это почти не проявляется. Просто некоторые артефакты стали реагировать, когда их пытаются взять в руки, словно сопротивляются.

— Вы сказали: "почти"? — без спросу влез невзрачный монах, сидевший за спиной Великого Инквизитора.

— Не далее, как вчера Колесница Аполлона приподнялась над своим постаментом.

Хранитель не стал уточнять, что вчера онзаметил , что вимана[3] висит в воздухе, а сколько это продолжается, сказать уже не может никто. Но зачем давать этому напыщенному высочеству лишний повод поливать себя помоями? В конце концов, если этот носитель аристократического лица с явными признаками дегенерации где-то ошибётся в расчётах и подставит ножку самому себе, это будут только его собственные проблемы.

— Не уточните, что ещё у вас активировалось и как это проявляется? — уточнил Великий Инквизитор.

— Ваше высокопреосвященство! — с заметной насмешкой в голосе произнёс масон, за спиной которого и сидел знакомый нам инспектор. По ходу, это был ни кто иной, как Великий Мастер ВМЛА. — Мы уже раскрыли перед вами довольно много информации. Хотелось бы надеяться на ответную любезность.

Кардинал поморщился, но всё же дёрнул головой, словно кивая через плечо. Монах, сидевший у него за спиной засуетился:

— На Пустых Скрижалях проступили письмена. Похоже на ранний Убейд[4], но пока расшифровке не поддаётся.

— Когда вы это обнаружили? — спросил принц Филипп.

— Это случилось в ночь с 16 на 17 ноября, точнее не скажешь. Вечером 16 их не было, утром 17 уже светились.

— Хозяина почуяли… — пробормотал Британский Хранитель.

— Хозяином этой рухляди является британская королевская семья! — рыкнул наследник престола.

— Объясните это вимане, — совершенно спокойно парировал Хранитель.

— Вас кормят только ради того, чтобы вы в нужный момент сделали это!

— Ваше высочество, — Хранитель сказал это спокойно и холодно, — вы прекрасно знаете, что я люблю свою работу, но совершенно не держусь за свою должность.

По лицу Филиппа прошла заметная судорога, но ответил он очень спокойно, даже примирительно, при этом он повернулся к Хранителю целиком, вместе со стулом, на котором сидел:

— Брат Джек! Вы прекрасно знаете, как высоко мы ценим ваши знания и умения!

— В таком случае вы должны понимать, что наши возможности всегда ограничены и есть вещи, которые мы сделать не можем в принципе!

— Или не знаем как сделать…

— Наши знания и возможности всегда ограничены… Или… Вы подозреваете, что я продался каким-то тёмным силам?