– Кровищи море – и нет глаз. Калекой неравнодушная осталась.

– Какой ужас!!! – впечатлилась она, а после, немного помолчав, решила продолжить разговор: – Слушай, Сэро! Мы когда на вокзал приехали, я заметила толпу цыганок с детьми. Они приставали ко всем подряд и попрошайничали, погадать навязывались. Мне – тоже, но я торопилась вслед за вами.

– Они работают. Клянчат и тырят под шумок. Находят сердобольного лоха, окружают толпой, впаривают какую-нибудь хрень и потихоньку чистят карманы.

– Почему их милиция не прогонит?

– Милиция тоже с этого имеет.

Старшеклассники подошли к широкому перекрёстку и встали в ожидании у пешеходного перехода. Люба чуть помолчала, собираясь с силами, чтобы сказать следующую мысль и при этом не задеть чувства собеседника.

– Эти цыганки не похожи на тебя и Илью. И на Руслану. Они более чёрные, точнее, смуглые…

Сэро, приподняв бровь, покосился на приятельницу.

– И Руслана так не одевается… И мама ваша так не одевается… Но ты воруешь и ещё…

– Хочешь сказать, я ворую, потому что цыган? И Илья ворует, потому что цыган? Тебя удивляет, почему не попрошайничают Руслана и моя мама? – спокойно прервал Любину тягомотину старшеклассник. – Золотце, я не знаю, почему те тётки клянчат! Может, мужья не обеспечивают. Может, больше ни на что не способны. Может, в их таборе это договорной обязательный способ дохода. А может, этот способ заработка передаётся в их семьях из поколения в поколение. Традиция! Я левачу, потому что мне по душе. Илье – тоже. Прикалывает нас нервы себе щекотать! Плюс мне нравится, когда есть свои деньги. Имир не страдает этим и глубоко не одобряет, как и мой отец. Маму попрошайничать отец в жизнь не гнал. И да, в моей семье о моих проделках не знают. Сольёшь меня – башку откручу! Предупреждаю в первый раз и последний!

Люба подняла взгляд на брюнета и поняла, что он совсем не шутит.

– Почему те бабы чернее меня да Ильи? – продолжил повеса. – Блин, а я откуда знаю? Может, просто кожа такая. Ты, Люба, знаешь ли, тоже не на одно лицо с другими русскими! Скажи-ка мне, любительница стереотипов, а ты, кроме цыганок, других попрошаек на вокзале что, не заметила?

– Нет, видела! Несколько калек и бабулек. Ещё, когда мы шли, какие-то мужики просили копеечку!

– Вот больше всякую хрень у меня и не спрашивай!

– Просто испугалась я тех цыганок! – нелепо оправдывалась ровесница. – Они наглые!

– Правильно испугалась. Для такой прелести, как ты, они опасны. Хотя, если бы бабёнки тебя разок обчистили, то ты бы быстро поумнела и ерунду больше не несла! Всё-таки клинит тебя, дорогуша!