Впереди замаячила тележка с едой да горячими напитками. Полупустая, судя по тому, как продавец её небрежно тащил. Школьница рванула было к нему.

– Даже не вздумай ничего в таких тележках покупать! Особенно к закрытию рынка. Кофе самый конченый, чай гавно, пирожки старые или холодные! – неожиданно предупредил её Илья, схватив сзади за локоть. – Пойдём отсюда! Нас Сэро ждёт.

Они неизвестно какими путями вышли с территории закрывавшегося пустеющего рынка, нырнули в узкую глухую улицу, окружённую облезлыми стенами неприглядных зданий. Повернули ещё раз. И ещё. Наконец Оглы пропал в проёме сбитой с петель двери. Люба шагнула за ним.

– Нагулялась? Устала? – спросил голый по пояс Ибрагимов, стоя спиной к сверстнице. – Заходи вон туда, в комнату! Переоденешься. Мы тебя дверью прикроем.

В заброшенном, когда-то жилом помещении торчали ещё Топор и другой местный пацанчик Сёма. Оба сверлили тихоню немигающими глазищами и неотёсанно лыбились.

– Но я ничего сменного не брала!

– Так я взял! Там тёплый спортивный костюм Русланы и кроссовки. – Сэро, взяв в руки футболку, развернулся: – Или ты думала, что я буду гулять с тобой по Краснодару при вот этом твоём видоне?! Хрен там! Вали переодевайся, говорю!

Местная пацанва заржала на пару с Оглы. Сверстница, взглянув мельком на смуглое широкоплечее тело, коричневые соски, аккуратную ямку пупка и тянувшуюся к ней от паха тонкую бороздку чёрных волос, опустила очи долу, донельзя смутившись. Сердце взволнованно забухало, а кровь отлила от лица, когда школьница осознала, что она одна в заброшенном помещении непонятно в какой точке большого незнакомого города, а рядом четверо парней со склонностями к беззаконным поступкам. «Изнасилуют и убьют!» – промелькнула, как оса, в Любиной голове фраза матери, которую женщина постоянно повторяла ей во время разговоров о дискотеках и парнях, желая оградить от опрометчивых поступков. Поспелова мгновенно перепугалась и интуитивно сделала несколько шагов назад.

– На улице переодеваться собралась? – заметил Сэро невольные Любины движения. – Там холодно. Здесь тоже холодно и грязно, зато не у всех на виду. Заходи в комнату давай! Сёма поставит дверь на место. Постарайся в пыли не испачкаться.

Люба осторожно, с замирающим от испуга сердцем нырнула в проём разрушенной комнаты с гнилой рухлядью и остатками поломанной мебели. Поставленная на место дверь неприятно громыхнула. На колченогом грязном столике среди ржавых обрывков газет лежал пакет. Девушка достала чистые, вкусно пахнущие вещи, переоделась, поглазела на себя в мутном осколке зеркала в двери платяного шкафа и постучалась, чтобы её выпустили.