Отличник благосклонно выслушал Виноградову, когда она подошла под предлогом помочь ей с контрольным сочинением, но всё же удивил. Он отказался сесть вместе в школьной библиотеке, чтобы составить план да набросать черновой вариант, не дал свою тетрадь, а только подсказал литературные источники, критические статьи и поделился парой мыслей о «Грозе».

Второй раз Камилле повезло гораздо меньше: брюнет догадался, что она в глаза не видела оригинал, а всего лишь ознакомилась с кратким содержанием.

– Не потрудилась открыть «Бесприданницу»?.. Там читать от силы вечера два!

– У меня память плохая! – соврала десятиклассница, глядя на него широко распахнутыми умоляющими глазами. – Лит-ра даётся слишком тяжело! Пожалуйста, Имир, войди в моё положение! Мне очень нужна твоя помощь!

– У тебя в полугодии две четвёрки, верно? По лит-ре и инглишу? Мозгов на тригонометрию с химией хватило, а чтобы запомнить сюжет пьесы Островского – нет? Не трать моё время.

«Вот козёл! – взбеленилась девушка, проклиная ушедшего отличника. – Посмотри-ка, какая неприступная цаца! А может, Имир – импотент или по мальчикам? Девушки у него нет – все знают. Пущу сплетню – отмываться, Ибрагимов, долго будешь, а то и вовек не отмоешься! Не стоило меня трогать!»

Виноградова от обиды хотела было исподтишка осуществить задуманное, но вовремя прикусила язык. Умом она понимала, что из-за задетой гордости наломает дров, а ответочка от близнецов может прилететь не слабая.

«Надо узнать, что Сэро любит, чем дорожит. Куда чаще ходит. Или выкопать секрет. Жалко, что Мотя не из его компашки! Давно бы что-нибудь, гад ты такой, про тебя раздобыла!» – сетовала девушка после выходных, пропуская мимо ушей объяснение новой темы по физике.

В День Святого Валентина на имя Камиллы принесли ворох любовных писем. Виноградова перешерстила полученное: дорогие, красивые конверты, с кучей блёсток, признаний и пожеланий. Открытки от Сэро не было. Внушительная копна поздравлений моментально обнулилась в её глазах.

Школьница ошибалась, принимая за игру отказы Сэро и холодность Имира. Задетое самолюбие лгало, что парни выпендриваются, и не пускало ей в голову мысль о том, что она может не нравиться или что повеса увлёкся другой. Тем не менее отрезвляющая мысль всё чаще стучалась в закрытую дверь, неприятно напоминая о себе. Камилла повадилась ревниво следить за девушками, с которыми общался брюнет, чтобы через козни да интриги уничтожить соперницу в зачатке, но никаких серьёзных зацепок не находила.

«Всё равно не верю. Кого же ты мне на замену нашёл? Что за тварь оказалась лучше меня? – никак не успокаивалась Виноградова, сидя на истории. – Ничего, я эту суку найду и патлы повыдёргиваю!»