«Почему у тебя в жизни всё так, а у меня – по-другому?» – спрашивала подросток пустоту, но сердце отвечало лишь волнами тоски и безысходности.

Контрацептив случайно выпал из заднего кармана джинсов, когда Сэро доставал деньги, чтобы купить в ларьке газировки. Подростки долго брели от ворот кирпичного завода домой и очень устали. Ребята таращились на витрину и не обратили внимания, как позади тихоня шустро наклонилась, подобрала квадратик и поспешно спрятала в кармане куртки.

«Я не хотела красть. Просто не знала, как вернуть. Испугалась, представив, как протягиваю штуку, а ты начинаешь в ответ издевательски ржать! Ну уж нет, не предоставлю возможности! Лучше думай, что потерял по рассеянности. А у меня будет храниться частичка твоей личной жизни. – Поспелова печально улыбнулась. Стул скрипнул, и девочка испуганно взглянула на библиотекаря. – Думаешь, Сэро, не знаю, что в руках? Что слыхом не слыхивала, как дрянь используют? Да нет уж, с лихвой наубиралась вскрытых упаковок в комнате братца! Но Наташа права. Я слишком неопытна во многих вопросах, на которые ты слишком хорошо знаешь ответы».

– Люба, я всё понимаю: родители пожилые, старых взглядов, воспитание строгое. Но нельзя быть настолько наивной! Это неприлично! Тебе не пять лет! – выговаривала Наталья пришедшей в гости тихоне, пока та уплетала на диване бутерброды за обе щеки.

– Но я действительно не поняла, что он имел в виду! – оправдывалась та с набитым ртом.

– То есть не смутило, что после твоего ляпа все замолчали и принялись внимательно разглядывать кусты да гравий под ногами? Не напрягла ехидная рожа странного Ильи? Не озадачили Имир и Паша, закатившие глаза к небу? Молчу про Сэро: этот так зыркнул, словно ты с пальмы слезла! Они ещё с Денисом интересно переглянулись – типа вот ржака!

– Конохин был пьяным! Его обругали пацаны, когда вышли с кирпичного, и он долго дулся. А потом наконец расслабился, развеселился, и я решила поддержать разговор! Поняла сказанное им так…

– Ага! Бухой Санёк, не следя за языком, причёсывал о невероятных подвигах: «У тёлки стали трусы мокрые, хоть выжимай!» Конохин, конечно, редкий идиот, и, думаю, в компании Сэро мы его вряд ли теперь увидим. Но к тебе, Люба, у меня больше вопросов. Напомнить твой ответ?

Поспелова опустила руку с бутербродом и виновато уставилась на Нату.

– Ты брякнула: «Ого! Бедная девочка описалась»! Люба, ты серьёзно?!

– Слушай, я поняла сразу, что ляпнула хрень! Мне искренне стало стыдно и неловко, – выкручивалась пристыженная школьница. – Не пойму, чего хочешь?