– Слушай, Имир, как снова что-то сломается, долго не думай и сразу звони! Прилечу на крыльях! – едва прожевав сочный кусок горячей, смазанной сливочным маслом пышной лепёшки, высказался Коробкин. – Знаешь же, я твою стряпню покушать люблю!

Приятели, рассевшись за обеденным столом, дружно шевелили приборами. Имир, посадивший Любу возле себя, резал ножом лепёшку в её тарелке на небольшие аккуратные кусочки. На комплимент шатена лишь благосклонно усмехнулся.

– Ишь какой! – наигранно обиделась Руслана. – А ко мне в кафешку ни разу не заявился! Чем тебе мои кулинарные шедевры не угодили?

– Прости, красивая, люблю от всего сердца! Но по части дегустации твоих вкусняшек лучше обращайся к Илье, – отстрелялся Денис, невольно заставив заржать всех присутствовавших.

– Та! Он и так в мою смену регулярно приходит! – отмахнулась девушка. – Правда, Илюша? Я ведь вкусно готовлю?

– Очень! – поспешно согласился парень. – А вот твоя сменщица вчера салаты пересолила!

– Нормальные салаты были, не привирай! Ты посмотри, какой привереда! – шутливо возмутилась Руслана. – Ай, не парься, Илья! Салаты ты ел позавчерашние, моего приготовления! И я знаю, что точно ничего не пересолила!

– Вот же блин! – хмыкнул, закатив глаза, он. – Хотел похвалить, а в итоге узнал, что посетителей несвежей хавкой кормят! Что за подстава?!

– А нечего расслабляться! – съязвила брюнетка, не обращая внимания на посмеивавшихся парней. – Домашнюю еду почаще ешь, а не по ресторанам бабки транжирь! Тоже мне, франт городской!.. Люба, лучше ты поговори со мной, а то всё молчишь, стесняешься. Брательники с тобой дружат, а со мной знакомить не хотели, паразиты нехорошие! Как тебе у нас дома?

– Мне нравится, – смущаясь, осторожно ответила Поспелова, вытирая салфеткой рот от сметаны с вареньем. – Очень большой дом. Уютно! У всех комнаты с замками. Даже детская есть. Видик смотрите, круто! А ещё целых три стиральных машинки и пылесос! Дружная семья! Скажите, а вы привидение видели?

– Где?! – заинтересовались трое Ибрагимовых. – Здесь? У нас? Чьё? Бабы Ганны, что ли?!

– Да, её, – кивнула Люба, надеясь узнать большее.

– Что за баба Ганна? – оживился Илья. – Почему я впервые об этом слышу?

– Потому что мы познакомились полтора годика назад, а тогда все неравнодушные к нашей берлоге уже болтать перестали, – ответил другу Сэро. – Потом расскажу, а то тут есть пара нежных ушек…

– Сэро, неужели ты вдруг стал заботиться о чьих-то нежных ушах? С каких времён? – иронично заметил Коробкин, засунув вилку с куском лепёшки в рот.

– С тех самых, Дениска, с каких ты стал косить под правильного трезвенника-интеллигента! Тоже мне, академик изящной словесности, блин! – парировал брюнет усмехнувшемуся другу. – Люба, не переживай! Призрак покойной Ганны никого не тревожит. Иногда только меня по ночам будит, внимания просит. Но я почившей бабусе в удовольствиях отказываю. Объясняю, что больше по молоденьким, чем по стареньким и несвеженьким! Тогда она идёт приставать к Имиру в кровать, благо, братишка крепко спит и ничего не чувствует.