— Тогда почему у цыганской ведьмы не было учениц? — поинтересовался я, игнорируя её вопрос.
— Они другие, — отмахнулась Цветана. — Они кровью живут, своих в жертву приносят. Так что ты от меня потребуешь?
— Будешь её учить? — повторил я.
— Если дар есть, буду! — твердо заявила ведьма.
— Дар такой же как у тебя, — сказал я. — По цвету один-в-один. Только меньше. Привезу её тебе, посмотришь.
Ну, вот и еще один вопрос решили.
— Меня поражает твоё умение заводить друзей, — сообщил лесник, когда мы возвращались. — Она тебя должна была во враги записать. Ты же её чуть не убил. Ан нет, приняла на себя долг жизни. И сейчас еще одну услугу ей оказал. В должники вогнал.
— Пока не оказал, — отмахнулся я.
— Ну, скоро окажешь, — засмеялся Василий Макарович. — Вот увидишь, при таком раскладе, если ты в течение месяца к ней не привезешь ученицу, она сама к тебе приедет!
— Посмотрим!
— С лесным хозяином накоротке, — усмехнулся лесник. — Я здесь живу лет двадцать уже, а так путём и не сдружился с ним. Да и домовой с банником тебя привечают как своего!
Селифан уже накрывал на стол. Maman сидела на кухне в кресле и зачарованно смотрела, как он искусно раскладывает по тарелкам тушеное мясо, режет сало, самодельные колбасы. Да и обстановка располагала: деревенский антураж, бревенчатые стены, деревянный дубовый обеденный стол, тяжелые стулья-кресла.
— Вот кому-то такой мужик достанется! — заметила она. Селифан повернулся к ней и осклабился:
— Никому! Никто не хочет жить здесь, в глуши. А мне в город… не хочется. Давит он меня!
Я мог поклясться, что он вначале хотел сказать «нельзя». Ну, да, для оборотня город — гибель.
За трапезой (язык не повернулся обозвать этот прием пищи обедом) я сообщил:
— Мне дом понравился. Буду покупать. Селифан, сможешь связаться с хозяином, сообщить ему?
— Без проблем! — отозвался Селифан. — На следующей неделе поеду в райцентр, дам телеграмму. Тысяч пять-шесть готовь, Антон.
Maman молча переводила взгляд то на Селифана, то на меня. Решение-то приняли без неё! Как же так? Тем не менее она вздохнула и решила промолчать.
— Василий Макарович! — обратился я к леснику. — Ты говорил, что можешь плотников найти, дом доделать и отделать. Поможешь?
— Да не вопрос, — усмехнулся тот. — Были бы деньги.
— Деньги я тебе дам, — пообещал я. — Сколько скажешь, столько дам. И на материалы и на работу. Как только дом оформим, так и приступим.
— Понравился он мне, — продолжил я. — Еще бы баньку поставить…
Maman ахнула:
— Ничего себе ты размахнулся!
— Баню можно в старом доме поставить, — заметил Селифан. — Сруб там крепкий, печь-голландка, её переделать тоже нетрудно. Поставить перегородки, отделать липовой доской и всё.