Да и закрытая комната не давала ему покоя. Ничего в этой комнате особенного не было. И никаким квартирантам день назад супруги Рогожкины её не сдавали! В этом он был уверен на все сто процентов!
— Пойдем покурим, — предложил он соседу по кабинету.
— Холодно, блин! — взвился было Ершов, но увидев взгляд напарника стал послушно надевать куртку.
В курилку они не пошли. Укрываясь от ветра, встали на улице возле двери подъезда.
— Что случилось? — спросил Ершов после первой затяжки.
Устинов рассказал ему всё, начиная от визита к Гаврилову и заканчивая визитом к Рогожкину, особо акцентируя момент с закрытой комнатой.
Ершов пожал плечами:
— Дэн, ты старше меня, работаешь дольше, мог бы и сам понять, что, если дверь в комнату закрыта, значит, там что-то или кого-то прячут.
— До этого я уже догадался, — скривился Устинов. — Весь вопрос, кого там прячут? У меня два варианта: либо нашего начмеда, либо группу товарищей, включая опять же нашего начмеда. Только он там уже не один такой продвинутый… И опять вопрос, зачем прячут?
Ершов выкинул окурок в урну, повернулся к Устинову:
— Тебе какая разница?
— Мне Стасов с Зотовым просили помочь нашим старикам. А там, получается, второе дно у этой просьбы. Значит, начальство что-то задумало. Поможешь мне?
— Чем? — ухмыльнулся Ершов.
— В следующий четверг мы собираемся еще к одному ветерану…
Глава 27
Глава 27.
Особенности оперативной работы
— Разрешите? — начальник Управления уголовного розыска подполковник милиции Красавин приоткрыл дверь кабинета заместителя начальника УВД полковника милиции Воронцова. — Вызывали, Иван Георгиевич?
Секретаря, точнее, по должности он проходил как помощник заместителя начальника УВД, на месте не оказалось. Поэтому Красавин зашел без доклада, сам.
— Заходи, заходи, Олег Иванович! — Воронцов вышел из-за стола навстречу Красавину, пожал руку, приобнял. — Присаживайся. Чай? Кофе?
Немного подумав, Олег Иванович отказался:
— Спасибо, не хочется. Недавно попил с мужиками. Совещались в неформальной обстановке.
— На предмет? — Воронцов сел напротив Красавина за приставной стол.
— Шалву завалили, воровскую общину почистили, — ответил Красавин. — Свято место пусто не бывает. Сам понимаешь, Иван Георгиевич. Ждём. Пока вот никого нет.
— Да, — согласился Воронцов. — Я уже заметил, по сводкам резко сократилось число преступлений.
— Осталась, в основном, бытовуха да мелочёвка, — кивнул Красавин. — Даже гастролёров уже с месяц по области не наблюдаем.
Воронцов довольно улыбнулся.
— Непривычная тишина. Но приятная.
Красавин согласно кивнул опять.