— Водопровод можно провести, — парировал я. — Скважину пробурить. Канализацию выкопать нетрудно. Зато кругом лес, воздух, природа! И народу никого. Ты ж там всё равно будешь жить только летом.
— А как туда добираться? Полдня на электричке, три часа пешком!
— Со временем машину купим, — пожал плечами я. — Ты права получишь.
— Ну, не знаю, — сдалась maman. — Тогда зачем дом покупать, если можно жить у деда с бабкой?
— Нет, — не согласился я. — Свой дом — это свой…
Я ушел на кухню, где меня дожидались будущие дубки-защитники.
* * *
В школе нас ждал сюрприз. Во-первых, отменили занятия в субботу. На кухне нашли дохлую мышь и решили устроить массовую дезинфекцию, дезинсекцию и дератизацию. Столовую, разумеется, закрыли и вызвали СЭС. Завтраки с обедами отменили. Даже закрыли буфет.
Конечно, если бы мышь нашел бы кто-нибудь из поваров, уборщиц, даже учителей — ничего бы такого не было. Отнесли бы грызуна на мусорку или за забор. Но вздувшийся трупик обнаружил сам директор Иван Степанович Матвеев, человек честный и насквозь принципиальный, который и устроил геноцид сначала поварам, а потом завхозу. Испуганный завхоз тут же позвонил в СЭС и договорился об объявлении войны грызунам на ближайшую субботу.
Вторым сюрпризом оказалось объявление празднования в пятницу Дня учителя.
На своём уроке Лавруха сначала окинула класс — всех и каждого — пристально пронзительным взглядом, хищно улыбнулась милой улыбкой людоеда и сказала:
— Я, конечно, не жду от вас подарков на свой профессиональный праздник, но вы хотя бы в парадной форме в пятницу появитесь. Мальчики в белых рубашках, девочки в белых фартуках.
Девчонки тут же зашушукались, и по классу полетели листочки с предложениями, что и кому из учителей дарить и по сколько скидываться. Намёк со стороны класснухи был прозрачен. Как всегда, почётную обязанность по организации сбора денег и приобретения подарков возложили на Верку Подгорину, благо она всегда была зачинщиком всяких мероприятий. Только вот непонятно, почему заместителем секретаря комитета комсомола школы выбрали меня, а не её? Я ведь даже не хотел в комитет! Опять же — в отличие от неё.
Я написал в записке предложение «скинуться и купить цветы». Юрка Никитос поставил два крестика рядом с моим предложением и пустил дальше по ряду.
Девчонки предлагали купить и подарить «красивую сумочку», «кошелек», «альбом для фотографий». Парни решили ограничиться, как и я, цветами. Кто-то подписал еще — «шоколадками».
Весь урок Нина Терентьевна благосклонно на наши шушуканья и переписку внимания не обращала. Вызвала к доске пару человек да дала пару заданий по учебнику.