Поэтому тренироваться и тренироваться.

«Двуствольный пистолет системы Готтса 45 калибра. Износ 8%. Вероятность отказа 3%» .

После выпитого чая и раскуренной сигары взялся за тщательный обыск посудины. В одном из закутков, под паропроводом, ведущим к пропеллерам, нашел«Огненный концентрат» — пятьдесят параллелепипедов. Длиной двадцать, шириной в десять и толщиной в пять сантиметров. Каждый из них весил около двух килограмм, и был помещен в холщовый мешочек. Само вещество по виду напоминало хозяйственное мыло. Про это говорил в послании Чапмен?

Еще после часа поисков решил, что именно о концентрате вел речь в письме Пол.

Стоящего больше ничего не удалось обнаружить, если не считать с десяток зеленых бутылок с дешевой сивухой, и пары синих, которые были запрятаны с таким усердием, что поневоле закрадывалась мысль о крайне запущенном психическом состоянии Пола. Убил в общей сложности на поиски около трех часов.

Тучи на небе не разошлись, мелкая водяная взвесь и сумрак шептали, что стоит ли в такую непогоду заниматься чем-то, когда можно забраться в гамак или развалиться в кресле, в теплой рубке. Выкурить сигару, выпить еще крепкого чая, читая найденные книги. Как обычно, пообещав себе, что как-нибудь обязательно так и сделаю, принялся осуществлять вторую намеченную задачу.

Немалого труда мне стоило подогнать лодку к скале, а потом почти вертикально подняться. Несколько раз зацепил бортом выступы. А первый раз едва не разбил нос, все же инерция у посудины мощная. Взмок весь, выскакивая из рубки и отталкиваясь от скалы кочергой. Потом, едва не проломил надстройку на палубе о козырек, с которого прыгал от котика. Точнее, забыв про импровизированную подставку под ружье, затолкал ее в рубку, вместе с парой досок. И только чудом самого не прибило, практически в нескольких сантиметрах от меня пронеслась эта железина, глухо бухнув об пол, упала и разбила одно из стекол.

Ругался я, куда тем мутам, так из обычной проверки гипотезы о том, что стартовый комплект должен быть, предприятие превратилось в дело чести. Немало нервов ушло припарковаться носом, в полуметре от уступа, за которым, скрытая обильной зеленью, находилась пещера с сокровищами.

Минут пятнадцать расчищал вход, обрубая лианы и какие-то корни. Измазался весь в грязи и глине, несколько раз едва не сорвался. Вглубь скалы вел практически прямой коридор, высотой около двух метров и шириной в метр — полтора. Но он просматривался, хорошо, если шагов на пять — семь. Дневной сумрак и козырек, в тени которого располагался вход, не предполагали иного. Я вновь перебрался на нос своего корабля. Вчера вечером сложенные в один угол пустые зеленые бутылки, которые я пока не планировал выкидывать, раскатились по всей палубе. Поднял одну, с силой швырнул в глубину прохода. Звякнуло разбившееся стекло, а затем с хлопаньем крыльев и пронзительным писком стремительно вынеслись огромные летучие мыши. Штук двадцать, не меньше.