Уничтожать эти шары было сейчас бессмысленно… да и рука у меня, честно говоря, не поднималась. Всё же там были люди. И где провести границу, когда они уже стали Йети? Да и в этих волосатых чудиках может быть, нет ничего плохого, когда ими не управляет злая воля и не натравливает ни на кого.

Всем нужна армия, причём, желательно, полностью покорная и готовая исполнить любой приказ. В последнее время я постоянно с таким сталкивался, начиная от подземной базы Тритона и дальше по пунктам.

Побочным продуктом его деятельности были Голыши-железнодорожники. Ситуация очень походила на Йети. Если этих мохнатых сейчас оставить без присмотра, они наверняка тоже собьются в стаю, облюбуют какую-нибудь территорию и, поселившись там, начнут терроризировать соседей и случайных прохожих. Но их ли в этом вина? Их ли это выбор? Нет!

Выходило, что-либо Карачун значительно умнее, чем мне до этого казалось. Следовательно, он не просто стихийное бедствие, а другая форма жизни, которой сложно говорить на одном языке с людьми, и он живёт и действует в какой-то своей, непонятной нам логике. Либо, это тоже всего-навсего орудие, которым управляет кто-то другой, более могущественный.

Но кто это тогда такой, раз у него такие мощные твари на побегушках?

Также оставался открытым вопрос со снегурочками. Они наверняка знали больше, но что-то заставляло их служить этой твари. Причём служить преданно, не щадя собственной жизни!

Я направился к единственному выходу из этого места и с удивлением обнаружил, что под ногами у меня что-то хлюпает! Это была какая-то вязкая субстанция, возможно, та же самая, что и в шарах, только более жидкая.

Жидкая!

Я постоял, немного прислушиваясь к своим ощущениям, и вдруг понял, что здесь относительно тепло! Не жара, конечно, но температура выше, чем во всех остальных местах внутри Карачуна… да и чем снаружи тоже.

Я повернулся к выходу. Оттуда тянуло тёплым ветерком.

Всё вокруг было если не белым, то светло-серым, матовым, без ярких красок. Я вообще как будто попал в монохромный мир. Единственное, что имело цвет, это тела людей в шарах слизи. И то они уже были блёклыми и выцветшими. А коридор передо мной имел розоватый оттенок, который темнел с каждым метром. Я запустил туда светоч, и он подтвердил мои догадки. Эта «кишка» краснела, чем дальше, тем больше.

И если до этого ассоциации с внутренностями живого существа были достаточно условными, то вот здесь вдруг это почувствовало очень явно! Мне предстояло сейчас войти в настоящую кишку!

Меня передёрнуло и замутило, потому что вдруг проснулись какие-то инстинкты, которые были против того, чтобы я лез в эту клоаку. Но больше мне деваться было всё равно некуда, и я решил посмотреть, что же там такое. Тем более что здесь уже всё было значительно интереснее, чем в пустых мёртвых коридорах.