Один из вариантов был сходить, отменить сделку и объявить им войну. Но мне такой ход не очень нравился… к тому же он мог и не привести к желаемому результату. Кто сказал, что мы сможем победить?

Эта сидящая под горой тварь может быть очень сильной. Я допускал, что она окажется нам не по зубам. Скорее всего, мы даже всех её возможностей не знаем. Птицы видели только то, что она успела применить, а вдруг это была просто разминка? Если это существо меняет погоду в огромном районе, то кто знает, на что оно ещё способно? Даже предположить страшно!

К тому же до него ещё надо добраться, ведь сверху над ним огромная гора из снега и льда! Которая, кстати, за ночь успела частично восстановиться в объёме. Это было видно даже невооружённым взглядом.

В общем, если бы не мои друзья, находящиеся в заложниках под этой горой, можно было бы попробовать противостояние. Но сейчас ставки были слишком высоки.

У меня не было доказательств, что вход в карман находится именно там, где сказала Снегурочка. Да и в том, что он вообще под горой, не было никакой уверенности. Но других зацепок всё равно не было, поэтому нужно было размотать хотя бы эту. Если она окажется пустышкой, тогда будем думать, что делать. Сейчас же нужно было постараться использовать этот единственный шанс.

В общем, голова пухла от мыслей. Птицы уже наверняка скоро прилетят, а у меня пока что нет для них чёткого и сформулированного предложения. Только ночной короткий разговор с Топором продолжал крутиться в голове.

Все наши спали вокруг практически погасшего костра, свернувшись в форме эмбрионов внутри своих шуб и тулупов. Сирин была тоже здесь, она вернулась ночью, доложила, что внизу всё без происшествий, и осталась на крыше. Внизу ей было бы теплее, но тогда мы бы остались без связи. А так сейчас она здесь, а Фая внизу и в крайнем случае можно быстро друг другу что-то сообщить без длительного забега по лестнице.

Я стоял на краю крыши и смотрел на парк и возвышающуюся посреди него гору. Позади раздался шорох, но я не стал оборачиваться, потому что знал, что это кто-то из наших.

— Ну и холодрыга! — зевая, сказала Амина, — я тут подумываю о том, чтобы к зиме в тёплые края перебраться. Что-то холод меня в последние дни совершенно достал! Хочу вечного лета и тепла!

— Да, наши организмы такую температуру не воспринимают как комфортную, — сказал я, — но люди тем и отличаются от большинства животных, что умеют хорошо приспосабливаться и переделывать окружающую среду под себя.

— Я животное, я не хочу приспосабливаться и переделывать, я хочу кайфовать! — сказала Амина и снова зевнула, — какие мысли?