— Но что-то общее всё равно есть! — не согласилась Амина.

— Что-то общее есть всегда и во всём, но не стоит отталкиваться от старых терминов и представлений, чтобы объяснить новые явления, — сказал я, — Карачун, значит! Ну что ж, хорошо!

— А что хорошего-то? — удивилась Фая.

— Хорошо, что у нас появилась ещё одна частичка пазла, — сказал я, — что-то мне подсказывает, что это имя твари сидящей под горой.

— А что нам даёт имя? — удивилась Амина, — вообще ничего! Да и вообще это может значить всё что угодно. Ты сейчас строишь какие-то теории исходя из того, что из себя выдавил вселившийся в наш труп непонятный дух.

— Опять звучит бредово, но опять, так оно и есть! — покачал головой Топор.

— А я вообще подумала, что Карачун, это как раз тот, кому нужна помощь… — проговорила Фая.

Я с этим был не согласен, — судя по ходу нашего короткого разговора Карачун это всё же было имя обидчика.

После этой неожиданной встречи гулять меня больше не тянуло. И вроде бы ничего плохого не произошло, но в душе поселилась какая-то тревога и недоброе предчувствие.

Возможно, это было оттого, что я нарисовал уже себе картинку происходящего с возможной расстановкой сил, а теперь появилось нечто новое, не укладывающееся в общую схему.

Кто именно просил нас о помощи? Почему? Какая именно помощь была нужна? И кто, чёрт возьми, такой Карачун? Нет, рабочая гипотеза была, что так зовут тварь под горой, но ведь и это тоже были просто домыслы, пускай и не лишённые оснований.

И если ледяные духи, по словам огненных птиц, раньше нападали на людей, то сейчас они пришли к нам за помощью! Вот что было странно и непонятно!

Ночь прошла спокойно. В ярком свете костров, относительном тепле и тишине. Никто не нападал ни на гору, ни на нас, никто больше не приходил за помощью… да и просто так никто не приходил. Даже Йети не попадались нам на глаза, наверное, были заняты чем-то более важным.

Утром, не успели мы попить чаю, за нами пришли. И на этот раз не сами снегурочки, а прислали одного из своих снежных людей, по которым мы даже немного соскучились.

— Думаю, всем идти не стоит! — сказал я.

— Почему это? — удивилась Амина.

— Потому что, если мы все залезем под гору, очень просто будет нас там завалить. Это будет глупая и быстрая смерть. Здесь должен остаться кто-то, кто может хорошо по ним жахнуть, — сказал я.

— Чур я пойду, — хмуро сказал Боря, опасаясь, что оставят именно его, — тем более что жахнуть я не смогу, а там как раз могу пригодиться.

— Я тоже пойду, — сказала Амина, — соскучилась по этим, как их… по Маше, по Пете… кто там ещё был?