В какой-то момент, когда Хару застонала как-то по-особенному и чуть запрокинула голову, Синистро нежно надавила ей на спину, заставляя нагнуться вперед и практически лечь на меня. Дальше рыжая сама нашла мои губы и впилась требовательным поцелуем с привкусом мясного соуса. А я тем временем ощутил, как шаловливые пальчики одной хитрой желтоглазой «псины» аккуратно начали ласкать мои яйца, а горячий мокрый язычок пару раз прошелся по всему стволу, густо покрывая его слюной. После чего головку аккуратно приставили в истекающую киску Хару. Мне оставалось только положить руки на плечи уже окончательно «потерянной для мира» лерадэ и, не разрывая поцелуя, мягко надавить, заставляя ее самостоятельно насадиться на мой член на всю длину. Было горячо и почти до боли узко. Но стоило мне начать «подавать назад», как и без того узкая норка лерадэ буквально сдавила тисками, а сама она с тихим визгом выгнулась дугой… и обмякла, растекшись на мне безвольной амебой.
— Эм… — невольно выдал я, глядя на отрубившуюся девушку. — Это как?
— Гиперчувствительность и оооооочень долгое воздержание, — с негромким хихиканьем ответила Синистро, помогая снять с меня расслабившуюся Хару и уложить рядом на пушистый мягкий ковер. После чего с озорной искоркой в глазах посмотрела на моего стоящего и явно недовольного «солдатика». — Хм… Думаю, это все мне?
— Прошу, миледи, — с улыбкой сделал я приглашающий жест.
— Ох, как Вы любезны, милорд, — хихикнула она и, пристроившись у меня между ног, осторожно лизнула головку. — Ну, приятного мне аппетита!
И одним движением заглотила до самого основания…
Глава 39
39. С добрым утром.
Проснулся я от того, что кто-то заворочался под боком. Вернее, даже в объятиях. Открыв глаза и проанализировав ситуацию с помощью всех доступных органов чувств, логики и памяти, установил следующее.
Лежу на боку. Обнимаю Хару, чья рыжая макушка утыкается мне в нос, её собственный носик — в мою грудь, длинные волосы разметаны вокруг, а сама она тихо ворочается, потихоньку просыпаясь. И да, лежим голышом. А сзади ко мне прижато чье-то мягкое и теплое тело. По логике — это Синистро. По ощущениям — тоже обнаженная. Из окна льется свет и кибермозг меланхолично подсказывает, что время утреннее. Тишина — звукоизоляция у номеров хорошая. Память подсказывает, что с Сини мы «повеселились» еще около часика, прежде чем уснуть. Кстати, Хару так и не проснулась тогда, вырубившись напрочь. Впрочем, мы её особо и не тормошили.
— Уммм… — простонала лерадэ, еще раз пошевелилась и, приподняв мордашку, встретилась со мной сонными глазенками. — Сагара?