«Все кончено. Осталось лишь мстить».

Другая женщина. Она связана, ее рот заткнут тряпкой. А глаза полны злобы.

«Начинаем»

Извивающуюся женщину поместили на крест. Кованые гвозди старые и с потеками крови. Она увидела их, и послышался приглушенный вой.

«Это его кровь. Я не могу убить тебя, но могу привязать к этому телу, к этому праху».

Какая-то пещера. Неверный свет факелов выхватывает обнаженную фигуру, распятую на кресте. Фигура женская. Под правой грудью кровавый потек.

«Все кончено, Виктор?»

«Нет. Я не знаю, как найти Источник в Рефлексусе. Терновый венец и гвозди на время удержат его в Симплексе. Но лишь на время».

Темноту пещеры, где никто не бывал вот уже несколько столетий, прорезал луч света. Раздались удары по камню. Еще удары. И еще. Наконец вход в пещеру был достаточно расширен. И внутрь пролез человек, в белой накидке, с красным крестом.

«Дайте факел!»

Вскоре мужчине подали просимое. Он принял факел, поднял его над головой. Трепещущий свет выхватил в темноте крест с распятым на нем скелетом...

… Юная девушка подошла к воротам монастыря. После короткой беседы с вышедшей монашкой, девушка последовала за ней...

Лицо дородного монаха было довольным. Он встал с послушницы. И тут мужчина замер. А послушница, мгновением ранее выглядевшая, как типичная бессловесная жертва, со спокойным видом села на узенькой кровати, поправила разодранную рясу. Подняла с пола головной убор.

«Иди. И приведи ко мне других. Тебе же понравилось?» — голос девушки был наполнен презрением. — «Такие же, как и тогда. Алчные грешники. И вы называете себя слугами бога?»

«Я есть орудие бога. Я есть наказание за грехи. Я есть кара. Грех заходит в сердце через трусость. Я чувствую этот страх. Страх за грехи. Вы придете ко мне. И получите своё»

Пылающая келья. И женщина в пламени. И она не корчиться от боли. Она словно купается в огне, с ее уст слетает смех, безумный смех.

«Глупцы! Вы лишь освободили меня! Я вернусь! И всегда возвращаюсь! Тряситесь от страха и помните об этом!»

Серебряные монеты падают в тигель. Одна за другой. Старые тетрадрахмы. В темноте проступает лицо. Лицо женщины. Женщина не просто красива, а дьявольски красива...

Серебряный молот поблескивает алым в свете факела. Едва рука коснулась рукояти, как раздался душераздирающий крик. Та женщина, держа молот, кричала так, словно ее заживо сжигали.

«Это она» — уверенно заявила женщина, прячущая правую руку.

А деревня была наполнена запахами смерти. Трое женщин, очень красивых женщин, в мужской одежде, забрызганной кровью, смотрели на девчушку, которая спокойно сидела на крыльце дома.