Я отправил четыре «копья хаоса» строго над собой, даже не разворачиваясь лицом к новому противнику. Удивительно, но это сработало — третье копьё пронзило шурага и тот истошно взвыл от боли. Пусть не смертельной, но настоящей, которая не даст ему атаковать меня сразу.

Насладиться временной победой мне не дали — пришлось откатиться. Там, где я только что лежал, взлетел вверх песок. Шестирукий варгон успел развернуться и обрушил на меня дубину. Скорость твари девятого ранга была настолько огромной, что мне приходилось только отступать, постоянно откатываясь в сторону. Мои редкие контратаки вязли в шкуре варгона, не имея возможности её пробить.

По спине пошли мурашки — на арене появился новый противник. Волк красного пламени совершенно не вписывался в свиту мага тьмы. Порождаемый им огонь было трудно погасить, а многие разломные твари просто ненавидели всё, что горит. Вот и сейчас. Варгон, вместо того чтобы продолжить крушить дубинкой песок арены, пытаясь добраться до своей цели, обернулся на волка, подарив мне несколько мгновений отдыха. Которыми я тут же воспользовался, перейдя в атаку. Волк красного пламени был опасным противником — несомненно. Но это была тварь шестого ранга, которой достаточно всего двух-трёх «копий хаоса». Поэтому застывший варгон представлял для меня куда большую опасность.

— Это всё? — с усмешкой спросил я, поднимаясь на ноги.

Стоило упасть на землю варгону, как сразу следом за ним умер огненный волк. Всепожирающее пламя, способное расплавить даже металл, оказалось бесполезным против обычного хаоса. Стрела влетела в черепушку волка, превратив его в опасный костёр, который уже никуда не бежал. Да, подойти к туше ещё долго не получится, но мне к ней и не нужно. Мне требовался только мой противник.

Шураг находился рядом со своим хозяином. В боку разломной твари появилась дыра, так что слепо бросаться в безрассудную атаку шураг больше не желал. Впрочем, как и сражаться.

В меня полетел тёмный сгусток непонятной материи — противник использовал какой-то артефакт. О справедливости в рамках нашего турнира можно было смело забывать — из-за того, что разрешались абсолютно любые законные артефакты, победителем всегда будет тот, у кого есть деньги на эти самые артефакты. Вот и сейчас — маг тьмы использовал что-то нестандартное. Вместо того, чтобы долететь до меня, сгусток тьмы замер в воздухе шагах в пяти от меня, после чего начал пульсировать.

Сказать, что меня «проняло» — не сказать ничего. Я рванул назад с такой скоростью, с какой, кажется, никогда в этой жизни ещё не бегал. Прошло всего мгновение и меня обожгло осознанием, что я не успеваю добраться до безопасной зоны — взрыв тьмы произойдёт раньше. Глаз зацепился за валявшегося варгона и, слабо понимая, что делаю, я бросился к туше. Схватив разломную тварь, я рухнул на землю, заваливая на себя двухметровое чудовище.