По палубе метался Мудак, убегая от команды, что гонялась за ним и прямо на моих глазах всё-таки поймала.

— Это не я, это не я! Отпустите меня! — вопил бестолковый подельник, невесть как оказавшийся на палубе корабля, ловко выворачиваясь из цепких рук матросов. И завопил ещё громче, увидев меня: — Это он, это всё он!

Это — он, это — он, ленинградский почтальон. Разумеется, после его слов все дружно повернули головы в мою сторону.

— Бросай оружие, а то мы его убьём! — заорал здоровый моряк, держа у горла Чудака огромный кривой нож.

— Да, убивай! Нас — негров — много, всех не перережешь!

Лицо моряка вытянулось, и он попытался оттащить Мудака подальше от меня, надеясь видимо спрятать в недрах корабля, чтобы потом допросить. Рассчитывать на то, что Чудак будет молчать, не приходилось: всё выболтает! А это в мои планы не входило. Несколько вариантов выхода из этой ситуации мелькнули в голове, рука с пистолетом поднялась, прицел, и…

«Бах», — первая пуля попала в грудь Мудаку. «Бах!». А вот вторая влетела уже в голову, чтоб уж наверняка никому ничего не рассказал. Пусть Змееголовому рассказывает о том, как предал и зачем. Жестоко, но не люблю предателей, особенно глупых предателей. Пока ошарашенный убийством моряк удерживал обмякшее тело, я рванул в сторону «кошки».

Слава Змееголовому, канат с привязанной к нему лодкой был на месте. Спуститься по канату вниз оказалось делом пары секунд, гораздо дольше я провозился с мотором, вкручивая в него свечу. Руки дрожали, свеча всё время норовила выскользнуть и нырнуть в океанские глубины, подписав мне этим смертный приговор! С горем пополам воткнув настырную свечу на предназначенное ей место, я, наконец, ввинтил её в гнездо.

Схватив нож, быстро перерезал верёвку, и лодка сразу же стала отставать от судна, что по-прежнему шло вперёд. Дёрнув шнур зажигания пару раз, я заставил двигатель заработать. Пыхнув газами, лодка начала разворачиваться, послушная моей воле.

Качаясь на крутой волне от следа корабля, я повернул к берегу. Словно навёрстывая упущенное, вслед мне с корабля послышались револьверные выстрелы, но я уже успел отплыть очень далеко. Впрочем, одна из пуль всё же ткнулась мне в спину, догнав уже на излёте, и со стуком упала на дно лодки.

«На память!» — подумал я и, подобрав её, сунул в карман. Час хода на полной скорости, и моя моторная лодка ткнулась в берег. Теперь нужно подумать, что делать дальше. Я даже успел поспать пару часов, прежде чем забрать свой катер и, привязав к нему лодку, уплыть обратно в море.

Прощай, Сайла! Прощай, Мудак! Впереди меня ждал очередной виток жести. Держась за руль катера, я прибавлял и прибавлял скорости, пока не увидел, что ведомая на привязи моторная лодка едва не взлетала, следуя за катером и почти не касаясь воды.