Так мы и стояли. Сзади подошел Хан и приобнял меня, очевидно, решив, что про любовника я не шутила. Видимо, теперь надо внимательнее следить за словами, которые вылетают у меня изо рта. Затем он приобнял Ан-Ёна, чем смутил уже подошедшую старушку. Смутил, но не слишком.
– Шаффи такая проказница, – заговорила она на весьма чистом наречии Юнцайеса и, быстро вытащив из рук парня предлог сунуть нос в мою личную жизнь, поставила кошку на пол и жестким голосом скомандовала: – А ну, марш в дом!
Кошка, громко мяукнув, подняла хвост трубой и метнулась на балкон.
– Это Ан-Ён и Хан, – представила я спутников, намеренно упустив любые указания на отношения между нами, – а это Виктория, мы с ней иногда пьем чай и перемываем косточки остальным нашим соседям, – назвать соседку подругой моя подозрительность пока не позволяла, хотя это наверняка обижало ее.
– Можно просто Тори, – обворожительно улыбнулась она, – дорогая, ты уезжаешь?
Как она умудрилась высмотреть в гостиной чемодан, стало для меня загадкой.
– Да, – я обернулась и приобняла Хана в ответ. – Мое солнце везет нас на острова Юнцайеса.
Кого конкретно «нас» я тоже уточнять не стала, оставив соседке место для фантазии.
– Ох, как же там хорошо, – она показательно зацокала, но при этом все еще внимательно осматривала Ан-Ёна, который выкрутился из объятий нашего общего друга и решил сбежать обратно в комнату. – А кто будет поливать твои цветочки?
– Какие цветочки? – красавчик обернулся.
Жители Юнцайеса, особенно части, называемой крайней, испытывали острую потребность в заботе обо всем зеленом и хвостатом вокруг. Когда я поняла, о каком цветочке она говорит, мне захотелось немедленно исчезнуть из квартиры. Цветочком это растение было разве что только по учебнику. Уже как с полгода в моем доме поселилась хищная орхидея ростом в целый кэн[3] и родом как раз из Юнцайеса. Вывозить любые растения оттуда было запрещено, но межмировую контрабанду придумали ровно в то же время, что и сами таможенные правила. Я обычно старалась не брать ответственность за столь сомнительные формы жизни, но орхидея была подарком, и со временем я к ней даже привыкла. Мне нравился узор ее листьев и узкий, но прочный стебель, похожий на причудливый меч. Однако схватка со сложнейшим уходом за этим растением была мной, увы, проиграна. Оно ни разу не радовало цветами или даже новыми листьями. Я считала для себя успехом уже то, что оно было все еще зеленого цвета и как будто не планировало умирать. Старушка тем временем повела Ан-Ёна смотреть на эту достопримечательность, а я вдруг подумала, что умение так же быстро, как Кан, строить порталы мне бы сейчас не помешало.