У диспетчерской вышки аэродрома их встречал комендант — подполковник Дигро.

Лет под пятьдесят, крупный, с лицом человека, который когда-то, возможно, служил очень даже неплохо, а потом постепенно научился путать опыт с правом расслабиться. Форма чистая, речь правильная, приветствие по уставу. Взгляд внимательный, но уже с тем лёгким раздражением, которое бывает у людей, когда к ним присылают не удобного молодого офицера, а проблему.

— Господин капитан, — сказал он, пожимая Ардору руку. — Крепость «Талинвал» к приёму батальона готова.

Ардор посмотрел на него очень спокойно.

— Добрый день, господин подполковник. Да, сейчас будем принимать состояние.

Подполковник едва заметно дёрнул щекой.

— Разумеется. — И они оба сразу поняли главное — уютной работы у них не будет.

Ревизию Ардор начал не с кабинета коменданта и не с официального доклада, а со складов, что Дигро не понравилось сразу.

— Обычно, господин капитан, командиры сначала принимают общую картину, а потом уже углубляются в детали.

— Вот именно поэтому, господин подполковник, — ответил Ардор, — я предпочитаю начинать с деталей. Общая картина потом очень бодро складывается сама.

На первом складе всё выглядело ещё терпимо.

На втором — тоже.

А на третьем и далее — полезло буквально из всех щелей. Горючее по журналу имелось в одном объёме, по факту — в другом, часть ящиков с боеприпасами вперемешку и с маркировкой, которую обновляли, кажется, специально к приезду гостей. Два резервных генератора числились исправными, но один не запустился вообще, а второй завёлся с таким звуком, будто его пытались оживить не техникой, а заклинанием для поднятия мёртвых.

В ремзоне обнаружились две машины, официально годные к эксплуатации, но фактически полуразобранные на запчасти для поддержания других машин, тоже не впечатлявших своим состоянием.

На стене где стояли автоматические пушки стало ещё веселее.

Орудия внешне вроде в порядке, покрашены, смазаны и укрыты. Но стоило Ардору приказать снять чехол, а следом один из кожухов и проверить блок наведения, как наружу полезла такая смесь кустарного ремонта, старых трещин и откровенного шаманства, что даже его зампотех на секунду посмотрел на конструкцию как на личное оскорбление.

— Это что? — спросил Ардор спокойно, у крепостного техника — сержанта.

Техник открыл рот, закрыл и потом усмехнувшись честно сказал:

— Старьё, господин капитан. Сказать по правде, всё это не развалилось потому что его птицы засрали. — Ему самому до смерти надоел творящийся в крепости бардак, и он не видел ни одной причины почему он должен покрывать воровство коменданта.