Так что, уже знакомый мне парк, подходил идеально. Был тут один занятный аттракцион, который назывался «Зеркальный лабиринт». Иронично, ведь заклинание, составляющее основу моей задумки, носило почти такое же имя.

В конце аллеи появилась фигура Салавара. Как я предполагал, пришёл он в копании четырёх «торпед». Массивные бойцы, держали своего хозяина, словно в защитном квадрате.

Опасается меня «вор в законе». Понял, что просто так я не дамся. И не понимает, зачем вообще нужна эта встреча.

Ну что ж, подержим немного интригу. Пусть поволнуется, посоображает, что да как.

— Ну, здравствуй, Штырь или как там тебя? Миндарис! Новую маску на себя нацепил? — прищурившись, ехидно спросил он.

Сразу понял, что, несмотря на знакомый вид из-за мимикрии, перед ним стою именно я.

У самого главаря лиходеев лицо ещё хранило следы моей работы. Оплывшие синяки, куча ссадин и порезов. Ну и выправленный нос, как финальный аккорд.

— Лучше, чем твоя морда, — холодно ответил я.

Я знал, что он ненавидит меня. Унизить его перед своими же, причём два раза. За такое могут убить. Особенно в такой бандитской среде, где ценится только сила и воля.

Его эмоции понятны и ясны для меня. Именно поэтому, я так аккуратно подводил его к следующему шагу.

— Слышь, падла, ты не думай, что бессмертный! И на тебя пика найдётся! — прорычал Салавар.

— Как вчера, например? Или, когда ты на квартиру Штыря ментов навёл?

У «вора в законе» задёргался глаз. С трудом сдерживая себя, он сквозь зубы процедил:

— С суками поступаю по-сучьи.

Я усмехнулся про себя. Значит, он всё-таки сдал. Своими руками не смог, так к более сильным обратился. Хотя никогда не признает свою слабость. Что ж, это ещё раз подтверждает, что мой путь с этой «серой властью» расходится.

У них нет понятия чести. А то, чем они прикрываются, только называется «законом», «понятиями» и «воровской честью». По сути, это просто правила в игре без правил. И выполнять их можно, только когда тебе удобно.

— Что с Хорьком? — на всякий случай, спросил я, хотя уже знал ответ.

— Жив, твой крысёныш, не ссы. Посидит пока у меня на хазе. А там решим, что с ним делать дальше, — брезгливо морщась, сказал Салавар.

Хорошо хоть не убили. Теперь в моём плане появилось ещё одно звено. Случайное и болезненное.

Что ж ты не убежал, Сашка, когда мог? Как подставился?

Винить его в том, что он предал меня и рассказал, где я живу бессмысленно. Как можно надеяться на того, кто изначально не давал тебе никаких клятв? Но чувство сожаления, будто к домашнему животному, у меня все же появилось.

Жалость к человеку. Сказать кому из Зелёного Легиона, засмеют или покрутят пальцем у виска.