— Товарищ «шпион», это вы что ли? — спросил он, обращаясь ко мне.
— Моё имя Миндарис Решающий. Но вас я помню…старший сержант Лавров, — холодно ответил я.
— Так что же получается, это он вчера звонил? — вставил дежурный.
— Да, это был я. А вот и финальный аккорд всей интермедии. Главный отрицательный герой по имени Салавар, — произнёс я, протягивая «вора в законе».
— Охренеть! То есть, взять арестованного под стражу. Обыскать, допросить, сообщить в главк, — переходя на сухой казённый тон, рявкнул Лавров.
— А с этим что? — спросил один из милиционеров.
— Ну, раз пришёл с повинной, то пока в мой кабинет. А там разберёмся, — приказал старший сержант.
Меня сопроводили, причём довольно вежливо, без рукоприкладства и вообще старались даже не касаться. Неужели обо мне уже ходит какая-то слава?
Через минуту в комнату вошёл и сам Лавров. Скинув верхнюю часть доспехов, он сел за стол напротив меня и так и не успел ничего сказать. Зазвонил телефон.
Насупившись, милиционер взял трубку и долго кого-то слушал. Изредка вставляя «есть!» и «так точно!». Лицо его хмурилось всё сильнее и сильнее, пока, наконец, он не выматерился беззвучно и положил трубку.
— Приказано доставить вас в управление комитета государственной безопасности. Прямо сейчас, — сообщил мне он.
Я лишь пожал плечами. Этого и следовало ожидать. Что такое КГБ, я знал лишь в общих чертах. Слишком много страха вилось вокруг этой аббревиатуры. Но, насколько я понял, это ближайшая ступень власти к верховному правителю СССР. А значит, мне просто необходимо познакомиться с ними поближе.
И с позиции равного, а не просящего.
Именно для этого задумывалась вся эта заваруха. Пусть Константин Евгеньевич и Клементий Семёныч немного подождут. В этом мире правит сила, а не разум. Он лишь подчиняется, стоит в услужении.
И чтобы попасть на приём к власть держащим стоит показать и свою мощь. Разумеется, в строго фиксированных рамках и лояльно к правящей партии.
Что я и сделал.
Теперь их ход. Игра продолжается.
Глава 18
— Ну, что, товарищ Миндарис, сразу во всём сознаетесь или «беседовать» будем? — начал серьёзного вида мужчина в костюме, когда за моей спиной закрылась дверь.
Доставили меня в «застенки НКВД» довольно быстро. Между приказом по телефону и входом в эту комнату прошло, в лучшем случае, десять-пятнадцать минут. Когда нужно, доблестные «стражи» всё делают быстро.
Конечно, теперь я понимал примерную иерархию советской власти. И сейчас мне удалось подняться на уровень повыше, но до вершины всё ещё далеко. К тому же, попав в «кровавые руки КГБшников», многие просто не возвращаются назад. Какое там движение вперёд.