Так, во всяком случае, говорил собирательный образ этой «ужасной и таинственной конторы». От многих товарищей, начиная с Хорька и заканчивая профессорами, я слышал, что этих людей стоит опасаться. И пусть никто никогда не говорил напрямую, что они палачи и чудовища, но аура страха вокруг аббревиатуры КГБ определённо витала.

Так что сейчас мне на своей шкуре придётся проверить, где здесь миф, а где реальность.

Ну, и первое знакомство уже давало повод для размышления.

— Приветствую, уважаемый. К сожалению, не знаю вашего имени, — выразительно посмотрел я на него, — сознаваться, как и беседовать готов. Вы, главное, задавайте вопросы и отвечайте на мои. Тогда у нас будет продуктивное общение.

— Значит, по-плохому хотите. Что ж, у нас и для таких «интеллихентов» есть особые методы воздействия, — продолжал он давить, игнорируя мой намёк про его имя.

— Уверен, с людьми это срабатывает. Но я, к счастью, не вашей расы. Так что давайте сразу перейдём к финалу, где вы уже не пугаете, а нормально идёте на контакт, — спокойно ответил я.

— Юмор, это хорошо. Иногда помогает не сойти с ума. Хотя в вашем случае, мне кажется, уже поздно. Значит, человеком себя не считаете?

— Мне казалось, что в КГБ набирают умных людей. Ну, или хотя бы зрячих. Моя внешность, физические данные, владение магией вам ничего не говорит? — с лёгкой издевкой произнёс я.

Мне казалось, что после этих слов допрашивающий взорвётся, начнёт браниться или как-то ещё проявит агрессию.

Но нет.

К моему удивлению, мужчина полностью контролировал свои эмоции и на мой выпад только хмыкнул.

— И что же? Это ещё не доказательства. Пусть и пошумели вы в этом городке знатно. Да, у вас нестандартное лицо и тело, про уши я вообще молчу. Прыгать высоко и хорошо драться тоже не относится к уникальным талантам. А что касается вашей «магии», то мне, как человеку, рождённому в СССР, просто смешно такое слушать. Мы ещё разберёмся гипноз это или какие фокусы. Так что ваши нелепые намёки только усугубляют вашу ситуацию, — чуть наклонившись и глядя мне прямо в глаза, сказал он.

Какой упорный в своём невежестве человек. Настолько закрытый рамками привычного и объяснимого, что даже представить себе не может чего-то другого. Есть действительность и знакомая картина мира, а всё, что в неё не укладывается, безжалостно вычёркивается.

Где-то я уже такое видел. И слышал. К сожалению, столь узколобым существам, даже, если прямо перед ними совершить чудо, ничего всё равно не докажешь. Они найдут тысячи оправданий и миллион объяснений, но свою парадигму восприятия не изменят никогда.