Хотя, конечно, хотелось бы заиметь старый добрый составной лук. Здесь его называли композитным. Наши умельцы выращивали особые породы дендроидов, чтобы использовать особенности каждой древесины для создания уникального оружия. И уже после, каждый эльф подгонял заготовку под себя. Кому-то нужна максимальная дальность, другие настроены на пробитие доспехов, у каждого свои предпочтения.

Но мне сейчас приходится изощряться. С оружием на виду в мире людей особо не походишь. Это прерогатива милиции или военных. А я пока вообще отношусь к изнанке коммунистического общества. И значит, не должен выделяться.

Поэтому мой выбор, бесшумные и скрытые от посторонних глаз инструменты. И использовать я их буду только в самых крайних случаях. Своеобразный туз в рукаве, как выразился Хорёк, увидев мои необычные механизмы.

— Ну, ты вообще даёшь! Прям, как ниндзя какой-то. Или Робин Гуд. Советский Робин Гуд, — восхищался он, поправляясь пивом.

Здешний пенный напиток пришёлся мне по вкусу. Подобное я пробовал только гномьего производства. Но они предпочитали тёмное и слишком уж крепкое. А здешний лёгкий и светлый хмель освежал и совсем не давил на голову.

Хотя, на самом деле, я с удовольствием выпил бы охлаждённого вина. Но как объяснил мне Хорёк, такая роскошь доступна не всем. То есть, купить-то можно, если с кем нужно договориться, но скорее всего это будет фруктовый винный напиток. А если хочешь настоящего грузинского, то лучше самому за ним и ехать.

Так что приходилось довольствоваться тем что, есть. Сибаритом я себя не считал, потому и обходился малым. Тем более, пиво здесь было действительно неплохим.

— Вечером к Салавару нужно идти. Колбасник заходил, сказал, зовёт, — сообщил Сашка после второй кружки.

Трехлитровая банка опустела, и я понял, что пора завязывать. А то скоро буду ничем не отличаться от местных. Вон потреблять уже стал гораздо больше. Конечно, за Хорьком мне не угнаться. Тот ополовинил тару в два захода. Но контролировать себя всё же стоит.

— Понял. А тебе тогда вот такая задача будет. Найди какое-нибудь съемное жилье. Удобное, чтобы соседей поменьше было, и хозяин много вопросов не задавал, — дал я указание Сашке.

— Зачем? У тебя же своя хата есть, — удивился он.

— Не твоё дело. Сказал нужно, значит выполняй, — невольно переходя на высокомерный тон аристократа, ответил я.

— Ну, понял. А денег-то хоть дашь?

Я молча положил на стол две последних десятки.

Увидев, как загорелись глаза Хорька, добавил, что нужно оно, как минимум, на месяц.

Огонёк притух, но всё равно остался. А значит, я снова просчитался с социалистическими ценами. Одни вещи у них стоят слишком дёшево, другие невероятно дорого, так их ещё просто так и не достать. Какой-то парадокс. Да и с самим определением, какой у них тут строй непонятно. То коммунизм, то развитой социализм, то вообще просто человеческий рай. Хотя все упорно твердят, что бога нет. Но кто тогда тот лысый мужчина с бородкой, которому все так упорно поклоняются?