— Да и будем честны... Вряд ли бы у меня получилось исполнить эту угрозу на практике. Разве что форму бы тебе помял. Ну или отравил, на худой конец…
Халидан, до этого хранивший суровое, монументальное молчание, вдруг тихо, раскатисто фыркнул. Жесткие складки в уголках его губ разгладились, уступая место неожиданному, искреннему уважению к этому земному мужчине.
— Если я когда-нибудь посмею обидеть её, Артур, — Дан посмотрел моему отцу прямо в глаза, и в его голосе зазвучала сталь, — я честно разрешу вам ударить меня кинжалом. Ровно один раз. Клянусь честью воина.
Отец удивленно вскинул брови, явно не ожидая от инопланетного монарха такой прямолинейной солдатской клятвы, и медленно, одобрительно кивнул.
Воздух между нами чуть дрогнул, и на плечо моего отца уселся голографический фенек. Зверек деловито достал виртуальный калькулятор, пощелкал по кнопкам и покачал головой.
«Анализ плотности мышечных тканей и подкожного строения Владыки завершен, капитан, — философски заметил Фаро в моей голове. — Удар стандартным земным кинжалом нанесет ему урон, сопоставимый с укусом комара. Ваш супруг блестяще владеет дипломатией!»
Я только шире улыбнулась от слов ИИ.
— Проходите, — Артур слабо махнул рукой в сторону жилого блока. — Не держать же... Э-э... Владыку на пороге. У меня как раз готов обед. Надеюсь, на Сиаме едят земную лазанью?
— Если ее ест моя жена, значит, ем и я, — невозмутимо отозвался Дан, пропуская меня вперед.
Обед прошел в атмосфере легкого, но забавного сюрреализма. Мы сидели на уютной кухне отца. На фоне стерильных стен лаборатории за стеклом этот уголок казался островком нормальности. Владыка Сиама, чье имя заставляло трепетать целые сектора, аккуратно орудовал земной вилкой, пробуя сырную запеканку, и внимательно слушал, как отец рассказывает забавные истории из моего детства.
Я смотрела на них двоих: на постаревшего, но всё еще крепкого генетика, который спас мне жизнь, и на хищного, прекрасного мужчину, который стал этой жизнью, и чувствовала, как внутри разливается тепло.
Но когда с лазаньей было покончено, а в чашках задымился крепкий кофе, я глубоко вздохнула. Пора.
— Папа, — мой голос потерял легкие, бытовые интонации. Дан рядом со мной мгновенно подобрался, его плечи напряглись. — Мы здесь не только ради знакомства.
Артур отставил чашку. Его взгляд стал цепким, профессиональным.
— Я догадался, Клео. Слушаю вас.
— Я знаю о вирусе, папа. Знаю о том, что случилось с сиамскими женщинами триста лет назад, — тихо, но твердо начала я. — И Дан рассказал мне, что с тех пор ни одна инопланетная женщина не смогла выносить сиаму девочку. Плод всегда отторгается.