— Я думал, вы Странники Спирита с целым Богом, а вы доверяете какой-то вертухе свои жизни и успех всей экспедиции, — наконец разочарованно произнёс Гель Тиир, встав как вкопанный и опустив голову.

— Ты же не помогаешь? — бросил в ответ Чак, шедший за Хеллом, который в свою очередь следовал за суккубом чуть ли не след в след.

— Я еще раз вам говорю, — покачал головой архимаг. — Чтобы пройти через мир маны, нужно выйти за пределы городских стен и начать оттуда.

— Не можем мы назад сворачивать, мой бледнолицый друг, — ответил Мяч, остановившись и повернувшись к Гель Тииру боком.

— Я теряю с вами время. Орки уже наверняка проломили стену, и все, кто за ней, в опасности. А еще говорили, что Спириты помогают всем… — бросил архимаг, и его тщедушное тело стало скрючиваться, пока не перетекло в сидящую на земле крупную птицу.

Магия трансформации словно игнорировала законы сохранения масс, и то, во что обратился Гель Тиир, было меньше его самого. Птиц взмахнул крыльями и, взлетев, устремился куда-то на север под молчаливым взглядом кошачьего бога.

— Хелл, — обратился Чак к пророку, — спроси у своей провожатой, скоро ли еще. Маг прав: теряем время.

— На Земле все дороги были прямыми? — спросил Хелл Клаус, быстро взглянув на землянина из-под сияющего нимба.

— Ты можешь нормально ответить? — спросил Чак, положив руку на его плечо и заставив развернуться к себе.

— Могу. Но почему ты решил использовать слова и просто поговорить? Не проще ли снова заключить меня в шар и закопать под землю или снять с меня цикл смерти, чтобы голову рвало от наличия информации и непонятных желаний? — не выдержал пророк.

Их взгляды, темноглазый Чака и голубоглазый Хелла, скрестились, не желая уступать друг другу. Практически равные по росту, эти двое не готовили боевых заклинаний и не защищались друг от друга щитами, однако противостояние их энергетик ощущалось даже теми, кто имел лишь косвенное отношение к магии.

— Котаны, ну завязывайте! — попросил Мяч.

— Слушай, Хелл, я понимаю, тебе не понравились мои решения, но в какой-то момент тебя отлучили, а мне нужно было действовать быстро. А Эйни слишком тяжело далась утрата Мяча и Тейкиая. — В голосе Чака слышалось сожаление, но что-то мешало ему облечь его в обычные слова.

— Может, тебе надо было меньше думать обо всех, а сконцентрироваться на себе и своей девушке, чтобы она меньше скорбела по погибшим и была менее привязана к тем, кого вы знаете совсем недавно? — продолжал Хелл.

— Погоди-ка. Это я виноват в том, что тебя спасли от Тёмного Странника, когда ты пошёл косплеить одного парня и решил отдаться на растерзание людям Тирипса? Или, может, мы зря вписались за Терру перед союзом Черных Звёзд?