— Пятиминутная готовность ко взлету. Оповестить экипаж!

Только помощник пилота, адепт Тирипса восьмого ранга Шануз, вывел на гало-дисплей иконку громкой связи, как дверь в рубку открылась, разъехавшись в разные стороны. Рубка, рассчитанная от силы на двадцать человек, вдруг наполнилась людьми. Одни держали наизготовку оружие, другие — силовые щиты, у третьих подрагивали ладони от наполняющей их разрушительной магической силы.

— Сюда нельзя! — попытался остановить их комендант по внутренней безопасности немолодой уже полковник Зумм Ловеда, но рухнул на пол от удара наотмашь, нанесенным кем-то из вошедших.

— В чём дело? Почему вы покинули свои боевые посты? Хотите трибунала? — Лоренз повернулась к незваным визитерам и увидела, что они уже взяли на прицел тех находившихся в рубке офицеров, у кого было разрешение на постоянное ношение оружия.

— Трибунал лучше смерти, Т-шестая, — донесся из толпы голос, принадлежащий немолодому уже аналитику «Зубостая» Ерроксу Унимозу.

На лице Лоренз отразилась неприкрытая неприязнь вперемешку с отвращением.

— Ты что делаешь? Подбиваешь команду на мятеж?

— Я спасаю их от неминуемой гибели от дуг и лучей С-ок… — произнес он.

— Керчер… Странник повелел идти на Тэвар! — повысила голос Лоренз.

— Его не было год. А потом он появляется и указывает нам, каким способом лучше умереть? — хмыкнул Унимозу, замечая включенный режим громкой связи. — Верховный совет «Зубостая» проголосовал за то, чтобы не прорываться через корабли на орбите Свит именно сейчас.

— Какой верховный совет? Ты что несешь, старый маразматик?

— Да да, теперь у нас — прямая демократия, как и положено в цепях Тирипса.

— Это лишь у Спиритов так! — прорычала Лоренз, и тут же её ударило силой. — Керчер… Странник вернётся и убьёт каждого из вашего совета!

— Да, у них так. Может, потому у них четыре странника, а у нас теперь ни одного? — хмыкнул аналитик.

— Да ты бредишь! Охрана, арестовать его и всех, кто участвует в мятеже против Тирипса!

В рубке никто не шелохнулся — слишком уж красноречиво смотрели на всех лучевые винтовки.

— О Тирипс, яви же свою волю! — воззвал в пространство Унимозу.

Все, даже мятежники, посмотрели на него с удивлением. Видано ли, чтобы Тирипс говорил с адептами напрямую?

Воздух неожиданно дернулся и пошел волной. Перед лицами всех посвященных проступили черные буквы:

Адепт Лоуренз отлучена от Тирипса!

— А… — вырвался из её горла то ли вскрик, то ли стон, и девушка, будто разом обессилев, рухнула на колени.

Отлучён адепт Шизи…

Отлучён адепт Вакка…

Отлучён адепт Шануз…

Список оказался длинным. Все, кто воевал на «Зубостае», с трепетом всматривались в мелькавшие имена, невольно ожидая увидеть среди них своё и боясь получить отлучение за что угодно — за недовольство затянувшейся войной, за ропот на лишения, за личные слабости и грехи против системы…