— Воооот… — протянул Мяч. — А знаете, почему я такой наглый? Всё потому, что сейчас на ваших двух планетах еще двое моих друзей с такими же вот бутылками. И если ваша флотилия сейчас же не повернёт назад, туда, откуда вы выползли, или, к примеру, я потеряю сознание и пропаду в космосе, все, кто вам дорог, погибнут!

Мяч выдержал поистине театральную паузу. Он знал, что прыгать по флагманам флотилий рискованно, но, во-первых это была его идея, а во-вторых, три из пяти посещенных таким образом армий принимали условия и разворачивали свои корабли домой.

— Мы услышали тебя, Странник, и мы возвращаемся. Мира твоей планете и твоему роду! — наконец произнёс один из беспозвоночных через лингвистический дешифратор.

— Я рад, что вы меня поняли! — кивнул Мяч, улыбнувшись белыми зубами, и шагнул обратно на орбиту Юпитера. Через какое-то мгновение вслед за ним на базу, расположенную на Ганимеде, шагнули Чак и Эйни.

Там, в аппаратной, их уже ждал Тейкиай, облаченный в удобный белый комбинезон без нашивок и иных опознавательных знаков. Он повернулся на вращающемся кресле лицом к странникам, отвлекшись от созерцания разнообразных картинок на множестве мониторов. Система Терра-щит прикрывала террарианцев от космического вторжения. Сейчас же она в ожидании врага бесстрастно сканировала пространство Солнечной системы, отображая биопушки, орбиты, минные поля — спутники и, конечно же, самого Юпитера — величавого полосатого исполина с рыжим завихрением на боку.

Шлемы странников открылись, показав их лица. За прошедший год Эйни избавилась от длинных рыжих волос, которые мешали ей в мехкостюме, оставив лишь пушистый ёжик, из-под которого смешно торчали два лисьих уха. Чак же, наоборот, отошел от уставной окантовки и прилично зарос черными смоляными копнами как в области усов и бороды, так и на макушке и чем-то отдаленно напоминал пирата, разве что без попугая, в мехкостюме и с обоими зрячими глазами.

Они общались по спирит-каналу и некоторое время делились нужной информацией почти безэмоционально, молча. Первым не выдержал Чак и, покачав головой, заговорил вслух:

— Дела… Значит, механизмы и орки с террористами переговоров не ведут?

— Чак, ты знаешь, как правильно называются эти народы, — упрекнула его лисодевочка, освобождаясь от мехкостюма и с наслаждением усаживаясь в подъехавшее к ней кресло. На ней был такой же белый мундир, как и на Тейкиайе, за тем исключением, что он ей очуметь как шёл.

— Знаю, Эйни, но то, что они отказались повернуть, говорит о многом.

— Всего лишь о том, что одни — тупые железки, а другие — тупые зеленокожие… — тоже заговорил вслух кот. — Кстати, кто они? Млекопитающие? Но тогда почему зелёные?