А сейчас я дома, нервно меряю шагами гостиную и размышляю, не пора ли наконец получить профессию.

Понедельник, 28 марта

На утреннем собрании сидела тихо как мышка, страстно мечтая, чтобы Фрэнка прямо сейчас свалил сердечный приступ или что-то в этом роде. Что угодно, только бы прекратилась эта пытка. А потом, еле переставляя ноги, поплелась к Фрэнку в кабинет, где меня ожидало неизбежное унижение и увольнение. По крайней мере, так я думала.

– Что же мне с тобой делать, Фиби? Не спрашивая разрешения, используешь мой телефон для личных звонков, и, судя по тому, что я слышал, ситуация была отнюдь не чрезвычайной.

– Да брось, ничего особенного я не говорила, – принялась импровизировать я, лихорадочно вспоминая, на каком моменте он нас прервал. – Что именно ты слышал?

– Более чем достаточно, чтобы уловить общий смысл, Фиби. Судя по содержимому твоей электронной почты, работа для тебя уже давно не в приоритете. Похоже, пункты своего сексуального списка ты выполняешь с гораздо бо́льшим усердием, чем служебные обязанности. Между прочим, тебе платят совсем не за это.

Подлый шпион!

– ТЫ ЧИТАЛ МОИ ПИСЬМА?! ДА ЭТО…

Фрэнк предостерегающе взмахнул рукой. Нет, серьезно! Отмахнулся от меня, будто от назойливой мухи!

– Фиби, ты хочешь и дальше у нас работать?

– Ну конечно, хочу! Прошу прощения за свое поведение. Это было очень… непрофессионально с моей стороны.

– Если тебя со скандалом уволят из нашей компании, найти другую работу будет очень и очень трудно. Особенно учитывая нынешний кризис на рынке труда.

– Фрэнк, я все понимаю и осознаю свою вину. Я ведь уже извинилась. Что тебе еще от меня нужно?

Тут начальник примолк и принялся сосредоточенно перекладывать бумаги на столе. Вид у Фрэнка был такой смущенный, будто выговор вкатили не мне, а ему.

– Ну… понимаешь…

– Можешь назначить мне что-то вроде испытательного срока! Один раз проколюсь – уволишь. И вообще, я на все согласна.

– Вообще-то… хочу тебя кое о чем попросить. Не могла бы ты…

Тут Фрэнк уставился на экран компьютера и принялся энергично печатать на клавиатуре. Компьютер при этом включать не стал.

– О чем попросить? Говори, Фрэнк, не томи! Что угодно сделаю, лишь бы меня оставили.

Загадочное молчание продолжалось. Тут у меня окончательно сдали нервы. Почувствовала, как задрожала нижняя губа. Встала, собираясь уйти, но Фрэнк жестом остановил меня и наконец произнес:

– Добавь меня в свой список.

– Что ты сказал?.. – опешила я.

– Скажем так – в последнее время дела у меня обстоят неважно. В смысле, на личном фронте. Не могла бы ты дать мне… пару уроков? Время от времени знакомлюсь с женщинами, но дальше третьего свидания дело не идет, и…