— Да. Но мы сменили кодировку и используем усиленный шифр. Все метки подтверждают подлинность сообщения.

— Катя, ты почему здесь?

— Я спросить у тебя хотела. А тут… Можно я с вами поеду? — Взгляд у девушки стал умоляющим.

— Барон, мы уезжаем. — Принял я решение. — Охрана лагеря на вас. Завтра приедут люди деда Степана и заберут трубу, лежащую возле моей рабочей палатки. Больше здесь никого быть не должно. — Сазонов кивнул, показывая, что принял мои распоряжения к сведению. — Демьян, на экспрессе поедем?

— Так быстрее. Ближайший утром отходит. Успеем добраться до Симферополя. Грабовского с собой берём?

— Естественно. Пошли в машину. Заедем за ним по пути.

— Мы успеем к деду заехать? — Встрепенулась Катя. — Надо его предупредить, что уезжаю, и я хотела немного вещей в дорогу взять.

Я глянул на майора. Тот молча кивнул.

* * *

Консьерж, увидев меня, сначала сделал попытку преградить дорогу, но встретившись со мной взглядом, резко передумал.

— Вы к кому? — Вежливо поинтересовался он.

— К Мэнни. — Коротко бросил я.

Вдаваться в пояснения мне не хотелось. Майор подробно объяснил, где остановился лекарь. Я поднялся на второй этаж по широкой лестнице. На стук в дверь мне, естественно, никто не открыл. Судя по слабым звукам, доносящимся из-за массивной двери, Мэнни был не один, и явно не стихи читал подруге.

В другой раз я бы просто ушёл, но выбора не было. Пройдя через дверь, оказался в роскошном номере. Из дальней комнаты доносились ритмичные хлопки, сопровождающиеся такими же ритмичными вскриками. В открытую дверь я заглядывать не стал. Постучал по косяку и позвал:

— Мэнни. Бросай всё и поехали. Татьяна подверглась нападению. Лишилась руки. Может понадобиться твоя помощь.

Шлепки прекратились, но послышался стон, выражающий разочарование. Мэнни голышом появился на пороге комнаты. Окинул меня взглядом.

— Я оденусь, а ты пока даму освободи. — Коротко бросил он и прошёл в соседнюю комнату.

Мне приходилось видеть садомазо развлечения. Слава богу, на записи. Поэтому никакого шока я не испытал, увидев обнажённую женщину на широкой кровати. Она была связана довольно хитрым образом. Подвижность ограничена путами, а рот закрыт кляпом.

Верёвки, которыми руки женщины были привязаны к лодыжкам, а порвал, используя свои способности. С кляпом пусть сама разбирается. Под разочарованный стон неудовлетворённой особы, я покинул спальню.

Мэнни вышел растрёпанный, но полностью одетый. В руках он держал небольшой чемодан.

— Развязал?

Я кивнул.

— Я тебе это припомню, Мэнни! — Донеслось из спальни. — В ногах у меня валяться будешь!