Колян со скучающим видом ковырялся в ухе, Рустам вычищал ножом грязь из-под ногтей. При этом совершенно не боялся засадить под них лезвие из-за тряски на выбоинах в дорожном полотне. Не наш Маркин продолжал пялиться в экран телефона, периодически набирая какой-то текст. А меня потихоньку снова накрывало ощущение надвигающейся опасности.

Я привык ему доверять, а потому заранее привёл организм в режим боевой готовности. Коснись что, мне хватит одного удара сердца, чтобы начать действовать. Но пока ситуация оставалась спокойной и до неприличия молчаливой.

— Мент родился, — словно подслушав мои мысли, выдал Колян.

— Что? — отрешённо отреагировал не наш Маркин.

— Я говорю…

— А, да, извините, — смутился он, перебив нашего водителя. — Работа не отпускает. Мы, кстати, почти приехали.

— А где это мы? — поинтересовался я.

— Промзона, — произнёс очевидное встречающий. — У нас здесь архив прячется. Дёшево и сердито.

Машина как раз замерла перед железными воротами. Водитель вдавил клаксон, и они тут же поползли в сторону, пропуская нас во внутренний двор. Выглядел он несколько странно, учитывая, что здесь должен располагаться какой-то там архив. Это место больше походило на то, где удобно держать заложников или проворачивать какие-нибудь грязные делишки.

Чутьё просто взревело. Мне уже не требовались подсказки, я всё понял. Опасность вовсе не угрожала нам извне, мы сами сунули головы в пасть крокодила, приняв Маркина за союзника. С другой стороны, сложно было представить, что он выберет противоположную сторону, ведь своего-то мы знали и безоговорочно ему доверяли.

Он уже покинул машину, а дверь начала плавно закрываться, когда я перешёл к действию. Удар ногой с дополнительным выплеском энергии вынес створку, словно пушечный выстрел. А вместе с ней отлетел и встречающий, если его, конечно, можно так называть. Водитель микроавтобуса дёрнулся к оружию, но наш Маркин оказался сильно быстрее. Не удивлюсь, если всё это время он тоже ощущал приближающиеся неприятности. Его топор в одно движение отделил голову предателя, а затем меня накрыло такой тоской, что весь мир померк, обретая чёрно-белые тона.

Я не стал терять время на выяснение причины, а попросту сдвинул пространство вокруг машины, убирая её от возможной опасности — и не прогадал. Грохнули пулемётные очереди, но причинить нам вред они уже не могли. Для людей, что вели огонь, машина всё ещё оставалась на месте, но на самом деле мы располагались примерно в паре метров от этой точки. Это как луч света, что преломляется в воде.

Вот только пуля — дура, и это не просто крылатая фраза. Попадая по бетонному основанию, свинцовая смерть непредсказуемо меняла траекторию, оставляя рваные дыры в кузове микроавтобуса. Визг рикошетов сопровождался грохотом, будто в нас горстями швыряли мелкий щебень. Хорошо, что Маркин успел накрыть нас дополнительным куполом защиты.