— Пятьсот рублей, — прошептал я, — любому предъявившему и сдавшему ее в жандармское отделение или в любую из ближайших воинских частей.
Что там дальше с ней делали, никто не знал, но на черном рынке или среди алхимиков и артефакторов данный товар спросом не пользовался. Видимо, никто иного применения для нее так и не нашел. Только родное государство не понятно зачем продолжало их скупать, видимо, тщась разработать способ создать нечто похожее. По мне, так напрасный труд, не доросли мы еще до подобного. Но главное, что награду за нее дадут, да и в личном деле останется отметка о закрытии врат и сдачи пробойника, сей факт подтверждающая, что лишним для меня в академии точно не будет. Еще раз посмотрев на нее и решившись, я сделал первый шаг вперед, попутно дернув небольшой рычаг возле кресла пилота, и с ноги Рубаки соскользнул тяжелый металлический буй, выстреливший захваты, надежно впившиеся в металлическую поверхность плиты. Якорь активирован, теперь куда бы я ни пошел, зеленый огонек, засветившийся в центре радара, будет надежно указывать мне путь сюда, позволяя не сбиться и не потерять дорогу назад. Пробойник пока трогать не буду, пускай висит, захвачу с собой на обратном пути, без него и без того почти скрывшийся проход может схлопнуться в любой момент.
Пора. Я осторожно двигаюсь вперед, подходя к краям воронки, образовавшейся после падения носителя. Тяжелые ноги с тарелкообразными ступнями скользят по спекшимся от взрыва камням. Рубака, сделав несколько шагов по отвесным склонам воронки, неустойчиво зашатался, и я, чуть наклонившись вперед, вынужден был шагнуть назад и включить цепную пилу. Металлические звенья с визгом впились в камни, кроша и разрывая их. Один взмах, второй, затем свободной рукой сделал еще один взмах, расчищая путь, и шагнул вперед на некое подобие ступеньки. Повторить шаг за шагом. Создавая лестницу, я медленно поднимался наверх, чтобы спустя полчаса и пять ступеней, наконец, выбраться из воронки, сделав пару шагов вперед. Не выдержав, я оглянулся назад, оценивая издали размеры носителя: метров тридцать высотой, не меньше. Похожий на сплющенный наконечник копья, он глубоко ушел в тело планеты. Слегка накренившись, он угрожающе торчал, словно грозя небесам, с которых когда-то сорвалась.
— Чужая ты здесь, — шепнул я. — Понять бы еще, кто и когда выпустил тебя. А может, наш мир и вовсе не был твоей целью, и это просто рикошет или случайный выстрел, промах, и снаряд, предназначенный совсем другим, прилетел к нам?
Едва подумав так, я почти сразу же отверг свои же мысли. Нет, так не бывает, это по нам бьют целенаправленно и точно, слишком уж много этих снарядов залетает. А владыка Хлада, убивший мой род, Левиафан, превративший Британию в осажденный остров, уничтожив все живое на побережье и прекративший любое судоходство, царь-гора, разрушивший центральный Китай? Все это не может быть случайным, это война, ведущаяся на уничтожение нас как вида. А монстры — это лишь оружие в ней, живые пушки и снаряды, несущие смерть и разрушение. Но тогда почему не бьют целенаправленно, а используют чужие миры, из которых монстры уже идут к нам? Загадка и единственное спасение, пока позволяющее выживать и сражаться. Впрочем, хватит лишних вопросов и мыслей, пора вернуться к насущным делам. Рубака неторопливо развернулся, давая мне возможность понять, куда же я попал.