Услышав мои слова взрослые с удивлением уставились на меня, видимо никак не ожидая подобного от четырнадцатилетнего школьника. Константин Иванович, попробовал вновь подать голос, но его тут же успокоили, и директриса попыталась довести до меня точку зрения обвинителя.

Оказалось, что в нашем выступлении, он усмотрел развратные действия. По его словам, его внучка, поддавшись на мои уговоры во время исполнения номера переодевалась на моих глазах и с моей же помощью. Причем на виду у всего зрительского зала. Хотя на сцене и стояла ширма, но я-то присутствовал при этом! Следовательно, мы творили непотребство.

— А кто вам сказал, что за ширмой кто-то переодевался? Или, вы сами видели это⁈ — спросил я.

— Все зрители были свидетелями того, что Татьяна трижды сменяла свой наряд! — Выкрикнул успокоившийся было дед. — Да и ты тоже переодевался там вместе с нею! Ты будешь отрицать это⁈

— Во-первых попрошу мне не тыкать! — говорю я. — Если я младше вас по возрасту, это еще не дает вам право так ко мне обращаться.

— Что ты сказал⁈ Маленький гаденыш! Да я тебя!

Я, повернувшись к представителям милиции и районо с удивлением спрашиваю.

— Скажите, а проявление неуважения к собеседнику — это нормально? Это право взрослого человека? Что закон говорит по этому поводу?

После того как деда все же успокоили я продолжил:

— Еще раз повторяю, за ширмой никто не раздевался. Подумайте сами. Можно ли за несколько секунд, что мы там находились снять свою одежду и заменить ее на другую? Даже в армии, только на одевание, или снятие формы дается сорок секунд, а мы находились за ширмой не больше десяти. При этом продолжая танец. Или вы все же решили поверить Константину Ивановичу, не знаю из каких побуждений решившему оболгать нас.

Дед вновь попытался, что-то сказать, но его вовремя остановили, а я продолжил.

— Если у вас есть какие-то сомнения в моих словах, мы сможем повторить номер с «переодеванием» на ваших глазах. По-моему, там еще не должны были убрать реквизит.

Чтобы окончательно разобраться, так и решили поступить.

Пройдя в актовый зал, мы действительно обнаружили стоящую на сцене ширму и даже одно из платьев, висящих за нею. Своеобразная комиссия выстроилась за ширмой, а я попросил сделать небольшую скидку на то, что сейчас Таня находится в не слишком подходящей форме, для полноценного выступления. Поэтому, мы покажем только один фрагмент номера, и не обязательно под музыку. Начал я с того, что показал, как именно должно было висеть платье за ширмой. На перегородке были установлены специальные крючки, на котором подвешивалась нужная одежда.