В переписке было что-то о пропущенном интервью и обнаглевшем трейни, но подробнее понять было сложно.
— Выходной от меня? — в её интонации я услышал упрёк.
— От офиса и Сиа Груп, — уточнил я. — Других выходных в моём графике в принципе не предусмотрены.
Начальница смерила меня подозрительным взглядом, но вскоре отвернулась.
[Минуту спустя]
— Как дела в агентстве? — спросила госпожа Пак, скорее всего, чтобы просто себя занять разговором.
— Восхитительно, — спокойно сказал я. — Всё раздумываю, как оттуда можно свалить.
— Чего так? — насмешливо спросила она. — На сцену петь не пускают?
— Ага, — не стал я уточнять. — Что-то в этом роде.
— Или ты всё-таки проникся духом корпоративной романтики и хочешь работать теперь у меня полную неделю? — продолжала веселиться Джан Ди.
— Кстати, госпожа Пак — проигнорировав очередную её шутку, я обратился к ней по делу. — У вас нет знакомого юриста, который мог бы меня проконсультировать по авторскому праву?
Конечно, ещё оставались вопросы по контракту, но здесь уже пусть болит голова у юристов моей семьи.
Сейчас же мне просто нужна была начальная база знаний, на которых я мог строить свой план.
Из слов менеджера Муна, и того, что я вычитал из контракта, я уже смог сделать вывод, что права на все песни и музыку действительно остаются за мной. Агентство претендовало только на большую долю из коммерческой прибыли. Но пока этой прибыли не существовало, я мог самостоятельно распоряжаться всем, что напишу или создам.
Это была чёткая грань, на которой хотел сыграть менеджер Мун, предложив просто подписать договор дарения.
Но опять же, это был новый для меня мир. И если в прошлом я прекрасно разбирался в основах авторского права, то в этом мне явно не помешала бы консультация с человеком, у которого есть опыт судебной практики.
— У тебя что, действительно какие-то серьёзные проблемы в агентстве? — перестав дурачиться, поинтересовалась Джан Ди.
— Да не то чтобы… — задумался я, как сформулировать. В двух словах объяснить свои обстоятельства, у меня точно не выйдет. — С серьёзными проблемами я бы обратился к семье.
— Тогда что? — упрямо спросила девушка.
Я посмотрел на свою начальницу и словил дежавю. Приблизительно с такой же интонацией и видом, она расспрашивала меня о том, зачем нужны были деньги.
— Так что насчёт юриста? — проигнорировал я её вопрос и задал свой.
— Моя семья занимается созданием микропроцессоров и полупроводников, а мой отдел занимается их продажей, — словно делая замечание, говорила она. — Конечно, у меня есть контакты юристов, которые будут защищать нашу интеллектуальную собственность в суде. Но сначала я жду объяснений.