Вот такая у нас дипломатическая миссия. Такой вот нехитрый "си вис пацем - пара беллум"*, впрочем, Республике это не особо-то и помогло.
От нечего делать - спустился в десантный отсек и занялся проверкой и перепроверкой снаряги для своих парней, да ещё и дежурных под это дело запряг. Парой часов спустя выловил в столовой отвратительно бодрого Фару и пристал на предмет навешать ракет на крылья LAAT-ам. Был мягко послан... за разрешением к генералу. От такой же отвратительно бодрой генеральши был послан в лазарет за успокоительным, и только профилактики ради наширявшись седатиками и скопировав заключение меддроида о своём шикарном состоянии здоровья - вернулся и начал опять кипишевать в ангаре.
Наткнулся там на Дэнча, который по какой-то непонятной причине тоже был весь дёрганый, и тоже проводил инвентаризацию и проверку снаряги. В таком состоянии нас увидел Заур, и не придумав ничего лучшего - позвал начальство.
Саррисса застала нас, спорящих о дополнительном наборе гранат на разгрузки. Я был против из-за и так суровой массы носимого, Дэнч был против моего мнения, исходя из логичного "боезапаса много не бывает".
- Да что на вас обоих нашло? - пронёсся и затих в глубинах десантного ангара её звонкий и громкий голос.
- Мэм, я боюсь, мы оба в порядке, но мне почему-то неспокойно. Предчувствие, понимаете? - и сунул ей в нос справку с медблока.
На секунду зависнув на чтении мелких строчек с датапада, джедайка моментально посерьёзнела и, ничего не сказав, уселась медитировать прямо на ящиках со взрывчаткой. Ну да, у нас предчувствия, а у них это - целый культ околохламидиозный, простихосспыдя.
Спустя час ожидания её из астрала к нашей кипучей деятельности были припряжены все, и нервозность передалась всем, и надо было нашему "генералу" в этот момент выйти из медитации и сообщить, что таки да, она тоже что-то такое, неопределённо смутное, почувствовала.
Спустя ещё полчаса мы все стояли на мостике "Гордости" под обратный отсчёт оператора о выходе из гиперпространства.
И, пять, четыре, три, два - смазанное синее марево обрело очертание далёких звёзд, а светофильтр обзорной панели моментально сработал на понижение светочувствительности от звезды, чьё имя носила вся система.
Яркий красный диск Каттеллины расплылся слепящим пятном справа по борту, а по кораблю прошла легкая вибрация, возвещающая об удачном переходе, и сработавших демпферах в те несколько секунд, когда корабль ещё летит с недоступной ни одному субсветовому двигателю скоростью. Сразу же по коридорам крейсера разнеслась боевая тревога, как того и требовали протоколы безопасности нахождения во враждебном пространстве. Маршевые двигатели, мигнув, погасли, как и все системы, не отвечавшие прямо за живучесть и огневые установки корабля, оставляя маленький, но критичный энергетический резерв для щитов.