— На месте! — приказал я и на всякий случай убрал руки за спину, а после паузы сказал как отрезал: — Дом не отдам…
М-да… Был бы поэтом, сказал бы так: «Мертвое молчание и грустные взоры — вот их красноречивый ответ на мои слова…»
— Где тогда будет новый священник жить?
По физиономиям душегубов я понял, что им глубоко наплевать, где будет жить их новый духовный отец. Какое-то странное отношение к церкви, которая всем сейчас вроде как рулит… Интересно, но пока не важно. Потом разберусь.
— Но…
Оживившиеся взгляды…
— Но препятствовать свадьбе не буду и участок земли для постройки дома выделю. Построитесь сами. Или скажете, что денег у вас нет? Только попробуйте! Вытряхну все до последнего медяка! Ну?
— Ура господину!!! — первым крикнул сообразительный Тиль Веренвен.
И через мгновение хором славили меня и бросали шапки в воздух все разом.
А потом дружно наладились в рядочек, опять конечности мои в очередь лобызать.
Первым очередь занял Веренвен, затем штурман Адрис Тильгаут, ну а третьим поставили того самого Брандта как виновника события. Остальные выстроились уже по старшинству и только им самим известным заслугам.
— Опять? — грустно пробормотал я и послал Иоста за латной перчаткой, лежавшей в переметной суме.
Ладно ужо — пускай целуют. Ну как я могу отказать верным рабам в таком пустяке…
— Ну ты смотри, как все хорошо закончилось… — Самуил закрыл глаза мертвому священнику и, что-то бормоча, пошел к своему коню.
М-да… я уже это «м-да» в различных вариантах в каждой фразе произношу, прицепилось вот… Да… жизнь такая штука… особенно моя. Но дела делать надо. Как там в прошлой жизни говорили — помирать собрался, а рожь сей.
— Ко мне, — поманил пальцем Тука и Бромеля, стоявших неподалеку. — Ну и кому стоим? Для чего я вас сюда позвал? Кто мавров крестить будет? То-то же… быстро за облачением, и чтобы через час я здесь ни одного язычника не наблюдал. Время пошло́…
Глава 9
Глава
9
Kyrie, eleison. Kyrie, eleison.
Christe eleison. Christe, eleison.
Kyrie, eleison. Kyrie, eleison…[11]
Тук приятным голосом запел «Литанию всем святым», и ее сразу же подхватил своим звероподобным басом обер-капеллан ван Бромель:
Christe, audi nos. Christe, audi nos.
Christe, exaudi nos. Christe, exaudi nos…[12]
Всех обращаемых в католическую веру мавров выстроили в рядок на берегу моря. Негры стояли, держа руки по швам, с восхищением и опаской смотря на моих священников, выглядевших очень солидными и красивыми в своих облачениях. Слов молитвы они не понимали, но старательно подтягивали в меру своего разумения.
Рыбаки, пираты и прочий люд толпились по краям бухты и затаив дыхание следили за разворачивающимся действом.