Остановившись в прихожей, жду, пока девушка выберется на улицу и заведёт автомобиль. После чего открываю панель управления камерами, вводя код активации тревожного режима для внешней части системы наблюдения. ГБР охранной компании — совсем крохотная помеха. Но если есть шанс создать хотя бы небольшое затруднение для противника, без усилий с твоей стороны, то почему бы им не воспользоваться.

Максимально быстро выдвигаюсь во двор и усаживаюсь на пассажирское сидение, поставив рюкзак в ноги. Спустя минуту уже едем в направлении кольцевой, с которой сворачиваем на дорогу, ведущую к Рязани. Какого-то определённого плана в таком быстром темпе сформировать не получилось, поэтому мы решили остановиться на единственном логичном варианте — продвигаться ближе к указанным на карте координатам. Безусловно, можно было бы попробовать добраться до Медвяниных. Но что-то мне подсказывало, что там у наших врагов тоже окажутся свои люди. А становиться виновником разгрома ещё одной «семьи» мне совсем не улыбалось.

В любом случае, если позже, мы что-то переиграем, то Рязань, это не так далеко. К тому же сейчас нам нужно удалиться максимально далеко. Ехать решаем по федеральной трассе. Да, там есть полиция и камеры. Но на камеры действует жёсткое ограничение — они срабатывают только в случае, если датчики улавливают превышение скорости. Всё остальное время отключены. Сомневаюсь, что из-за нас кто-то станет менять режим работы дорожных камер в целой группе регионов. Тем более, что на своём уровне они этого сделать не могут. Нужно распоряжение из министерства. Вот с полицейскими постами и патрулями придётся рискнуть. Но дорожная полиция, в конце концов, может встретиться где угодно. На шоссе вероятность попасться им даже ниже, за счёт большого потока машин.

Когда выбираемся на автостраду, понимаю, что не уточнил ещё один, крайне важный момент. Он вроде и так очевиден, но всё же будет лучше спросить напрямую. Повернув голову к девушке, излагаю.

— Ань, ты уверена, что хочешь отправиться со мной? После этого видео, тебя сожрут, конечно. Но ты всегда можешь сказать, что тебя заставили силой. И сдаться кому-то из дальних родственников, чтобы те сразу обеспечили защиту.

Девушка бросает косой взгляд в мою сторону.

— Во-первых, дальние родственники, потому так и называются, что не станут рисковать своими жизнями ради тебя. Во-вторых, эти ублюдки убили всех моих близких. Отец с матерью, дед, оба брата, тётя с дядей — все мертвы. Ни за хрен собачий. Просто, потому что им помешали, сами того не зная. Теперь я хочу резать глотки их родне и наслаждаться криками их умирающих детей.