Хрипя от боли, которая режет мышцы, при каждом движении пытаюсь встать на ноги. Когда второй раз падаю назад на асфальт, совсем рядом слышится вой, быстро приближающейся полицейской сирены. Одновременно с этим в рации слышу отрывистую фразу на японском, на которую что-то отвечают. Понимаю, что в горячке боя напрочь забыл о наличии переговорного устройства и пытаюсь выйти на связь, обращаясь к Ане.
Глава XXVII
Вместо Ани, мне хриплым голосом отвечает Кичиро.
— Она без сознания. Держи позицию на парковке, мы выдвигаемся к тебе.
Матерясь про себя, делаю очередную попытку подняться на ноги. В этот раз, пусть и коряво, но выходит удержаться в вертикальном положении, прислонившись к автомобилю. С этого ракурса вижу, как в мою сторону перемещаются остальные. Один из японцев несёт на руках Свортову. Ещё один прикрывает тыл. Впереди — командир Накагава и Реутов.
Преодолевая боль в мышцах, разворачиваюсь к зданию, около которого расположена парковка. Если оттуда или со стороны начинающегося сзади сквера кто-то появится, то пока только у меня будет позиция для открытия огня. Через секунду понимаю, что видел только двоих японских бойцов. Значит, экипаж Кичиро тоже потерял одного из своих. Вообще, странно, что они живы. Да и я тоже. Или атаковавший нас «генизл» был слишком слаб, или он не прошёл полную подготовку. Хотя, это в целом объяснило бы его позицию — подальше от площади и основных событий.
Когда краем глаза уже вижу приближающиеся фигуры, вой сирены перемещается совсем близко. Не выдержав, оглядываюсь и обнаруживаю патрульный автомобиль, несущийся по Пушкинской. Замыкающий боец разворачивается и вскинув штурмовой комплекс, разряжает подствольник. Полицейский водитель успевает дёрнуть руль, но граната всё равно попадает в цель и машину заносит налево, где она цепляет наш внедорожник, после чего врезается в стену.
Через секунду рядом со мной проносится Кичиро, на ходу бросивший фразу — «держать оборону». Сам же, продолжает движение, направляясь ко входу в бар. Следом за ним бежит замыкающий японец. Второй, аккуратно опускает девушку на асфальт и занимает позицию около соседнего автомобиля. Андрей, останавливается в метре от меня, наблюдая за дорогой. Видя, что я делаю шаг по направлению к девушке, начинает говорить.
— Японцы её перевязали. Залили чем-то рану и вкололи ампулу с непонятным раствором. Сказали — должна выжить.
Усилием воли заставляю себя остановиться и снова переключаю внимание на свой «сектор». Ей, я сейчас всё равно ничем не помогу. А если прохлопать появление противника — можем погибнуть здесь полным составом. Тут же в голове мелькает ещё одна мысль — если в самое ближайшее время мы не начнём движение, то шансы выбраться живыми невелики. В округе слышны завывания, как минимум семи-восьми сирен. В городе, наверняка вводят план-перехват, в соответствии с которым, улицы окажутся заблокированными. Плюс, не стоит забывать о бойцах Соловьёвых, на глазах которых убили их лидера.