Затем наступило утро.

Когда они спустились по трапу, Пётр снова заметил мотоциклиста — тот, оседлав свой транспорт, выехал на причал. К мотоциклу была приторочена объёмная сумка, в которой могло храниться всё, что угодно, и оружие в том числе.

В пункте проката автомобилей Инга арендовала ту самую «барракуду».

Они поехали по шоссе.

Мотоциклист опять появился в зеркале — ехал сзади, не приближаясь. Не будь свидетелей, Пётр мог бы перехватить его. Но машин было слишком много, а на обочине, как назло, не попадалось нормальных зарослей, чтобы там устроить допрос.

— Сегодня, — сказало радио, — у нас последний погожий день. Тучи подползли к острову, но пока решили нас пожалеть. Синоптики обещают переменную облачность, дождь маловероятен…

— Жутковато, — сказала Инга. — Ну, в смысле, повторяется всё. И радио мы включили в ту же минуту, и прогноз — слово в слово. Я понимаю, так и должно быть, но всё равно…

— В идеале нам надо как можно меньше отклоняться от колеи. Тогда тебя не будет корёжить, по крайней мере.

— А тебе отклоняться можно?

— Я этот счёт уже оплатил. Поэтому — да, мне можно. Проблема в том, что у нас и так небогатый выбор. Почти цугцванг.

— Почему? Поедем сразу в полицию, как планировали…

— Нельзя. Теперь я сильно подозреваю, что там есть наши враги. Надо действовать аккуратнее.

— И что предлагаешь?

— Есть одна мысль, попробую кое-что. А пока — всё по старой схеме. Улица Соловьиная ждёт гостей.

Он сбросил скорость, въезжая в город. На перекрёстке свернул направо, подъехал к дому из красного кирпича. Каштановые деревья всё так же нависали над крышей, астры доцветали в ухоженном палисаднике.

Девчонка в ситцевом платье выскочила на улицу — совсем юная, тоненькая, глазастая. Открыла дверь гаража, с восторгом разглядывая машину, затараторила что-то про скорый завтрак. Пётр кивнул ей молча. Их прошлый разговор казался ему сейчас далёким и нереальным.

Он прошёл в дом, поздоровался со старшей хозяйкой, которая хлопотала на кухне. Потом заглянул в гостиную. Снова вгляделся в снимок, запечатлевший двух полицейских.

Теперь-то стало понятно, почему он испытал дежавю, когда впервые увидел фото. В тот раз он почувствовал, что ситуация повторится и он опять окажется здесь. Поймал что-то вроде эха, закольцованного между прошлым и будущим…

Он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. Сейчас важна была не научная подоплёка, а помощь, которую он надеялся получить.

Хозяйка уверяла, что друг её погибшего мужа — честный служака, даже несколько фанатичный. Да, разумеется, она могла ошибаться. Но лучше уж обратиться к нему, чем просто прийти в полицию, где сидит неизвестно кто…