Самолично сразиться с Тёмным Богом!

От одной только этой мысли кровь Генерала закипала, подобно магме вулкана. Вся его суть требовала настоящей битвы! Истинного сражения, каких не случалось уже давно!

Если он преуспеет и Тёмный Бог клюнет, решив уничтожить опасную угрозу, пока рядом никого другого нет, то это будет идеально! Агарес не хотел делить это сражение с Райнером или Азраилом, который должен сейчас находится рядом с Еленой и Лилит! НЕТ, ТЁМНЫЙ БОГ ЕГО ДОБЫЧА!

— С дороги, ничтожества! — прорычал Генерал и взмахнул клинком.

Раздался характерный «Дзынь!» и видимая глазу стена из разрезов, будто дырявая рыболовная сесть, настигла особо ретивых тварей. Куски плоти и внутренностей повалились на дорогу, отчего в воздухе стало ещё сильнее вонять смрадом и кровью.

Своим ударом Агарес уничтожил множество тварей, меньше их не становилось. Умерших быстро заменили живые и готовые к битве.

Но к его удивлению, они не стали рваться в бой в самоубийственной атаке, а замерли и расступились, будто волна!

В образовавшемся коридоре, словно выйдя из воздуха, появился человек. Невысокого роста мужчина, кожаные доспехи и кольчугу которого нужно было бы отдать в ремонт. Слишком уж не презентабельно они выглядели, будто за ними долгое время не ухаживали после множества боев. С задумчивым бледным лицом, замершем непроницаемой фарфоровой маской, он спокойным шагом двигался к Агаресу. Его не заботили скалящиеся и замершие твари, словно тех и не было рядом. А его глаза, впалые глаза, как у живого мертвеца, полыхали тёмно-фиолетовым пламенем и неотрывно смотрели на Генерала.

— Демон? — наклонил мужчина голову набок, остановившись в пяти метрах. Его ноздри слегка расширились, говоря о том, что незнакомец тщательно принюхался. — Хм… древний демон. Хорошо, — высокомерно покивал он. — Господин будет доволен пополнить свою коллекцию твоим трупом.

— Дерзкие слова для юнца, продавшего свою душу, — хмыкнул Агарес и слегка довернул руку, удерживающую клинок. — Перед тем, как ты сдохнешь, ответь: стоило оно того?

Мужчина улыбнулся. Едва заметно, но уголки его губ приподнялись и он коснулся старого, частично заржавевшего, медальона Охотника.

— Ещё как стоило, демон. Всё лучше, чем слепая вера в Кодекс, требующего защищать ничтожеств и не дающего ничего, кроме нелепых целей. Я — сам кузнец своей судьбы, а моя сила — абсолют!

Невозмутимая маска предателя Ордена треснула и лицо того, кто когда-то был Охотником, исказили не передающиеся словами надменность и высокомернее. А ещё улыбка… Столь кровожадная и безумная, будто этот мужчина давно утерял свой разум.