— Я не хочу с тобой сражаться, брат, — всё тем же глухим голосом произнёс он. — Сдайся, преклонись перед Владыкой, и ты будешь жить.

— Вот так просто? — ухмыльнулся я, напитывая Барьеры всё большей силой.

— Именно, — кивнул предатель, обозначив улыбку. Но через миг он посерьёзнел. — Тебе не победить. Твоя армия проиграет, как и ты сам. Я даю тебе шанс, хоть приказ Владыки и был однозначен. Если ты сдашься, я смогу уговорить его пощадить тебя в обмен на верную службу.

— Заманчивое предложение, — продолжая ухмыляться, ответил я и приготовился. — Но скорее Инферно замёрзнет, чем я предам Кодекс!

Барьеры за моей спиной засияли, покрылись трещинами и разорвались мощным хлопком. Подхваченный ветром я понёсся с бешеной скоростью на предателя и вытащил из ключа Дагахар.

Стоило молоту появиться в моих руках и глаза предателя изумлённо расширились. Почувствовал, да? Что ж, тебя ждёт большой сюрприз!

На границе сознания раздался мощный драконий рёв, который падший Охотник точно услышал. Не мог не услышать. Как и понять, чья именно душа сидит в моём оружии. Слишком долго Дагахар варился в ожидании настоящей битвы. В ожидании, когда он вновь сможет нести разрушения, кровь и смерть!

Молот вспыхнул золотым пламенем, озаряя своим светом всё вокруг, а затем последовал…

УДАР!

Предатель защитился. Вскинул перекрещённые руки над головой и принял всю мощь Дагахара в блок, выплёскивая в этот мир свою ауру. Тягучую, склизкую и воняющую гнилью. Сколько душ людей ты сожрал⁈ Сколько разумных пали от твоей руки и теперь мучаются в твоём Океане?!!

Сила наших душ пошла в разнос. Моё золотое пламя давило вырвавшиеся тёмно-фиолетовые молнии, отчего вокруг нас стояли грохот. Свинцовые небеса стали стремительно чернеть от вырвавшейся мощи двух Охотников, а море заволновалось мощными волнами, раскачивая корабли и паникующих моряков.

— И это всё, брат? — сухо спросил предатель, выдерживая мою атаку не напрягаясь. — Ты ещё слишком слаб… И пусть ты атаковал, я всё ещё даю тебе шанс!

Мне захотелось засмеяться. Так он видит во мне молодого брата Ордена⁈ Не искушённого, только-только вставшего на службу Кодексу и всей Многомерной Вселенной. Юнца, который по стечению обстоятельств оказался в этом мире и которого можно совратить сладкими речами! Сделать так, чтобы Кодекс потерял ещё одного своего воина, сошедшего с пути и отдавшегося порокам!

Но это не было для чем-то неудивительным. Я не знал этого Охотника, а значит он пришёл в Орден позже меня. После моей смерти на Славии.

— Слаб? — моё лицо исказил хищный оскал, а мощь души начала возрастать. Взгляд предателя дрогнул, а глаза начали в изумлении расширяться. — Не тебе, юнец, говорить о моей слабости!