— Уж будьте уверены, — с ядом в голосе ответил канцлер.

Цифры табло пробили свой отчёт, зелёный свет дал сигнал о начале боя, раздался пронзительный писк.

Анна затаила дыхание и сжала бокал с соком, который так и недопила.

Боец Амеров не стал ждать и сразу же ринулся в атаку, превратившись в огненную комету.

Быстрый, очень быстрый!

Жар и мощь его пламени была таковой, что Амер оставлял позади себя подпаленный и обугленный пол. Даже камень арены, что был добыт из Разлома, не мог выдержать подобную температуру!

Увидев, с каким трепетом и напряжённостью Русская принцесса наблюдала за боем, канцлер широко улыбнулся.

«Надеюсь, тебе понравится обгорелый и обезображенный труп, мелкая тварь!»

Зрители недоумевали, почему Белов стоял на месте и вообще никак не реагировал. Его соперник вот-вот нанесёт удар, так почему он бездействует⁈

Американский боец что-то прокричал, но его голос потонул в ревё стихии, а слова адресовались отнюдь не зрителям, а одному наглому выродку, что пошёл против великой Амерской Империи! Никто не смеет бросать им вызов! НИКТО!

Взрыв от столкновения накрыл всю арену. Пол задрожал, зрители повыскакивали со своих мест, а защитный купол пошёл волнами.

— Великие предки! Что же это творится на арене⁈ Дэвид Томсон нанёс сокрушительный удар! Пыль! Как много пыли! Где же наши бойцы⁈ Выжил ли Бел…

Договорить он не успел, ведь в следующий миг из тучи пыли, подобно пушечному снаряду, вылетел Томсон. Он с грохотом врезался в защитный купол, отчего тот вновь пошёл волнами.

— ЧТО ЭТО БЫЛО⁈ — во всё горло проорал ведущий. — НЕУЖЕЛИ БЕЛОВ ВЫЖИЛ И ОТВЕТИЛ⁈

На Амерском канцлере не было лица. Он плотно поджал губы и вместе с принцессой смотрел на то, как мальчишка выходил из облака пыли без единой раны!

— Невозможно… — тихо прошептал мужчина. — Он должен был сдохнуть…

Томсон помотал головой после приземления. Тёплое ощущение на губах на короткий миг заставило его замереть, а когда он коснулся перчаткой своей губы, то с удивлением заметил кровь.

Недооценил… Он недооценил соперника, посчитав его слабаком и идиотом. Приехать на турнир будучи Архимагом, да ещё и выйти на арену без брони и оружия. Но пусть в этом не было вины Томсона, ведь сам канцлер сказал, что Белов ему не соперник, он все равно признал ошибку. Лишь на короткий миг, но Амерский Абсолют засомневался в верности решения, на которое его сподвигнул канцлер.

— Вставай, — донёсся до него холодный голос Белова, который медленно и неостановимо шёл на него. — Мы ещё не закончили.

— Ублюдок… — хищно оскалился Томсон.

Пламя взревело, нестерпимый жар распространился по всей арене. Каменный пол нагрелся ещё сильнее, буквально раскаляясь до красна.