Фу, дрянь какая! За каким хреном я вообще думаю об этом⁈

На бегу я корил себя за то, что потратил несколько выигранных солнцем для нас секунд на то, чтобы порадоваться и потрясти Нику за плечи, вместо того, что выстрелить единственную стрелу и поставить на выходе купол, который замедлил бы скопий еще больше. Но что сделано то сделано, стрела по-прежнему у меня в руке, а многоножки по-прежнему почти грызут подошвы на пятках. Остается только бежать, перепрыгивая камни и лужи, и молиться, чтобы нога не провалилась в норку какого-нибудь суслика, весело ломаясь в голеностопе и ставя кровавую точку в этой истории.

Ника бежала тоже, хотя, судя по ее глазам, делала она это уже на автомате. Взгляд Кровавой полностью потух, из него ушла всякая осмысленность, тонкие губы едва заметно шевелились прямо на бегу. Не знай я Нику, я бы решил, что она молится перед смертью.

Хотя кто поручится, что это не так?

Стало тяжело дышать. Потихоньку начали забиваться ноги. Пропала эффективность движений. Сколько мы так уже бежим? Минут десять, не меньше, а то и ближе к пятнадцати. Короткая передышка буквально в двадцать секунд возле выхода из гнезда едва ли сделала лучше — только-только расслабившиеся мышцы вынуждены были снова напрягаться во взрывном ритме, и это явно не пошло им на пользу. А как себя чувствует Ника? Если уж я начинаю ощущать усталость, она должна и подавно. Она же наверняка так и не восстановила потраченную кровь до конца, это попросту невозможно за такой короткий промежуток времени…

Ника споткнулась. Я успел среагировать и потянул ее за руку, которую так и не отпускал, вверх. Сделав несколько неловких шагов, Кровавая поймала равновесие и побежала дальше. Даже в этот момент к ней не вернулся осознанный взгляд, даже почти падая она продолжала шевелить губами, словно начитывая какое-то мощное тайное заклинание, которое способно нас спати.

Вот только я уже в курсе, что в этом мире магия делается не заклинаниями и не имеет никакого отношения к словам.

В следующий раз, если она споткнется, боюсь, я могу не успеть среагировать.

А если споткнусь я, она не вытянет меня, даже если среагирует сама…

Я поднял взгляд на горизонт — город едва ли стал ближе. Нет, до него не добежать, не с таким хвостом, как у нас. Если хотя бы от скопий как-то избавиться, еще можно надеяться на хороший исход — сделать передышку, дать отдых мышцам, и бежать дальше… Но скопии ломают весь план — эти твари, видимо, не испытывают усталости вообще.

Ну, если я выживу, и узнаю, что все это действительно устроил мой папаша…